- Бела,- тихо заговорил он,- Как ты получила эти раны, милая?
Но девушка не ответила ему. Она продолжала глядеть в одну точку, а затем снова произнесла:
- Тринадцать, шестнадцать, семнадцать.
План к действию у Даниэля наметился сразу, но он не мог оставить девушку одну, да ещё в таком состоянии. Ей была необходима забота со стороны.
- Бела, уже поздно. Пора ложится отдыхать. Давай я провожу тебя в твою комнату.
Нехотя девушка поднялась с пола и, всё-ещё мысленно находясь где-то вдалеке, направилась к выходу из помещения. Даниэль шёл рядом, поглощённый в собственные мысли, но при этом не забывая о целях, что появились в его голове. Дойдя до комнаты Белы, мужчина остановился у двери. Отворив её, Даниэль пустил Белу вперёд. Девушка прошла в комнату и остановившись у кровати, замерла на месте. Герцог, встревоженный её состоянием, не знал, что поделать с ней. Он хотел остаться рядом с девушкой, чтобы приглядеть за ней, пока она не выйдет из странного состояния прострации, и в тот же миг он жаждал поскорее найти разумное объяснение увиденному, которое мог получить только в одном месте. С тяжёлым сердцем, Даниэль решился на верный, как он сам полагал шаг.
- Бела,- произнёс он спокойным, но настойчивым тоном, чтобы девушка вняла его словам,- Здесь ты в безопасности. Я должен покинуть тебя, побудь пока тут. Служанки за тобой присмотрят, если тебе что-то понадобится.
Девушка ничего не ответила, даже не обернулась на его слова. Мужчина понурился. Надежды, что она его услышала, не было, но он всегда верил в лучшее.
- Я вернусь до рассвета,- пообещал он,- Доброй ночи.
С этими словами Даниэль прикрыл дверь комнаты Белы и быстрым шагом направился в свои покои. Чуть позже он вышел из своей комнаты и раздал указания дворецкому и экономке. Слабо веря в удачу своего намерения, Даниэль вышел из дворца и вскоре покинул пределы Лидса, отправившись в ночную поездку на верном коне.
Глава 32
Соловый конь рысью приблизился к увитому белыми розами забору. В доме, огороженном им, горел огонёк на верхнем этаже, другие окна были пусты и темны. В вечерний час там ещё не спали. Наездник спешился, примотал поводья коня к брусу забора и медленно двинулся к двери, ведущей в дом. Остановившись на пороге, мужчина требовательно постучал в дверь и через пару минут услышал торопливые шаги и скрежет проворачиваемого ключа в замке. Дверь отворилась, и Катрин замерла на месте, увидев гостя на пороге своего дома.
- Ваша светлость,- воскликнула женщина,- что привело вас в столь поздний час.
- Простите мэм, что час действительно поздний и не по времени пристал бы для приёма, но дело неотложно.- Быстро проговорил Даниэль.
- Тогда проходите, буду рада видеть Вас гостем.
Катрин прошла внутрь, не потрудившись закрыть дверь, и мужчина сам захлопнул её за собой. Он прошёл за хозяйкой по полутёмному коридору, освещаемому лишь бронзовым канделябром, который женщина несла в руке.
Завернув в тёмную нишу, Катрин быстро прошла в темноте, поставила канделябр на вычищенный стол и, вынув одну из свечек, зажгла ею другие свечи, находившиеся в комнате. Когда Даниэль зашёл в уже освещённое помещение, то обнаружил что это была кухонька, весьма небольшая для дома. Несмотря на это, каменные стены были выбелены даже над очагом, нигде не проступало ни намёка на паутину или плесень, а в помещении витал аромат сушёных трав. Катрин отворила створку окна, придвинула стул и присела за стол лицом ко входу.
- Присаживайтесь, сер.- Проговорила она приглушённым тоном.
Мужчина устроился за столом напротив женщины и внимательно на неё посмотрел.
- Простите, что не принимаю вас в гостиной, как и подобает вашему статусу, сер. Просто здесь стены толще, а у Луи очень чуткий слух. Боюсь потревожить его сон.
- Я понимаю,- произнёс мужчина.
Женщина сцепила руки в замок и глядя на выбеленное дерево стола, продолжила говорить: