— Он отлично понимает, что сосенка не по замаху, — хмыкнул лекарь, приглашающе придвинув Эстасу мед. — Но охотник, что с него взять? «Да, я сам этого медведя не завалю, но хоть на следы посмотрю и помечтаю, а если бы да кабы я бы его сдюжил». А леди Кэйтлин, нужно отдать ей должное, очень аккуратно ставит его на место. Так, что сержанту не обидно.
— Приятно слышать, — командир, не скрывая улыбку, набрал полную ложку меда.
— Еще приятней тебе будет слышать, что Тэйка не больна, — искоса глядя на собеседника, сказал Дьерфин. — Самое большее, что можно надумать, — легкий насморк.
— Отлично, — Эстас просиял. — Но менять дату поездки в Хомлен второй раз не буду. Виконтесса еще подумает, я не в состоянии принять решение и держаться его.
— Об этом я бы не переживал. Кажется, она о тебе не такого и плохого мнения. По крайней мере, куда лучшего, чем Джози, и, что немаловажно, с самого начала.
— Дьерфин, ты же понял, как виконтесса умеет собой владеть. Боюсь, именно поведение Джози лучше всего отражает отношение леди, — Эстас тяжело вздохнул, покачал головой.
Одной этой мысли хватило, чтобы хорошее настроение улетучилось, а чай с медом теперь отдавал горечью. Как превратить ярко выраженное отторжение, граничившее в первые дни с ненавистью, в хотя бы дружеское расположение, командир не знал.
И ситуацию нисколько не спасало то, что леди Россэр в самом деле изначально, даже до свадьбы, пыталась останавливать сыпавшую гадости поверенную, хотя не была обязана это делать. По мнению Эстаса, причина такого поведения крылась в фамилии. Как леди стала женой хевдинга, так и он стал Россэром, частью древней семьи, и виконтесса защищала того, кто делил с ней одно имя. К сожалению, фамилия — единственное, что у них с женой было общего.
— Сдается мне, ты зря расстраиваешься, — невозмутимый Дьерфин налил себе еще чаю. — Судя по некоторым оговоркам Джози, именно леди Кэйтлин убеждала и убеждает ее не верить подшивке протоколов трибунала.
Фонсо удивленно вскинул брови. Дарл кивнул и добавил:
— Я из-за твоей магической клятвы говорить с Джози на эту тему не мог, а она не хотела ее долго обсуждать. Так, пару фраз обронила.
Хорошее настроение Эстаса после таких слов воспрянуло духом и подарило надежду. Робкую, несмелую, но и такая уже кое-что! В конце концов, о трибунале и истории собственной семьи нельзя говорить всего лишь три месяца! И две недели из них уже прошли.
Глава 32
Третья неделя моего замужества подходила к концу, и пока все складывалось неплохо. После случая в кабинете священник и командир в самом деле так качественно наставили рысей на пусть истинный, что с тех пор мне только доброжелательно улыбались. Вполне искренне, как ни удивительно.
Когда я свалилась от истощения, отец Беольд был в крепости. Он и так злился из-за того, что рыси сорвали проповедь, не слушались, а пятеро самых решительных пошли поговорить с ведьмой. По словам Джози, священник был вне себя и на крепкие слова не скупился, выколачивая из голов рысей глупости, посеянные служанкой леди Льессир.
На этом фоне ледяной тон и непроницаемое лицо Фонсо пугали Джози даже больше, но за назначенные пятерым парламентерам наказания она была командиру благодарна. Взыскания, штрафные наряды в праздники и лишение отгулов. А еще он пригрозил, что отныне за один лишь косой взгляд и дурное слово станет увольнять так, что о службе в армии можно будет забыть на всю жизнь. Да что там армия! Даже вышибалой в трактир не возьмут.
Любопытно, но даже те пятеро, которых командир наказал, искренне просили у меня прощения и каялись, что если обидели чем, то по незнанию.
Отношения с мужем я называла отсутствующими. Случаев, когда Фонсо оставался со мной наедине хотя бы на считанные минуты, было меньше, чем пальцев на одной руке. Отчасти это было обусловлено тем, что рядом все время крутилась Тэйка. Но одновременно создавалось впечатление, что супруг сторонится меня. Я больше времени проводила с лекарем и сержантом, чем с командиром.
Сержант, к счастью, очень быстро оставил свои изумительно топорные ухаживания, и наши с ним разговоры господин Дарл со смешком называл «встреча охотников». Сам он живо интересовался моими рассказами о некромантии и призраках, а о личном вопросов не задавал. Видимо, понимал, что обсуждать семью в присутствии сержанта я не стану.
Накануне поездки в Хомлен сержант отказался от посиделок в библиотеке в пользу вечера в обществе капрала Ирела. Насколько я поняла, они были дружны и разделяли страсть к лошадям и охоте. Командир с Тэйкой тоже не стали засиживаться — девочка опять капризничала и, цепляясь за руку отца, увела его читать сказку.