Глава 29
Аромат акациевого меда, сладость хурмы, тепло, разливающееся по телу. Хотелось нежиться под невесомым одеялом, лежать в полудреме, но еще впервые за прошедшие дни хотелось есть. Значит, нужно вставать, выбираться из кровати и добывать себе пропитание.
Открыв глаза, обнаружила, что действительно лежу в своей постели в Рысьей лапе. Надо же, не замечала раньше, что здесь матрас такой хороший, подушка удобная, да и вообще в постели уютно. В следующее мгновение я встретилась взглядом с Эстасом Фонсо.
Он сидел в кресле у стола в изголовье. В свете матовой лампы черты лица навязанного супруга казались более мягкими, чем мне думалось раньше. Некстати снова отметила, что командир хорош собой, а в этой позе и с таким выражением лица казался удивительно близким и родным, будто давно знакомым. Но в любом случае ему не место в моей спальне!
— Добрый вечер, миледи. Как вы себя чувствуете?
В голосе, как и во взгляде сероглазого мужчины, отчетливо слышалось беспокойство. А я растерянно хлопала ресницами и, прижимая к груди одеяло, ясно понимала, что командир волновался за меня. Какой неожиданный и настораживающий поворот!
— Неплохо, благодарю, — прозвучало сипловато, но твердо.
— Это хорошо, — он с видимым облегчением выдохнул и, склонив голову набок, лукаво улыбнулся: — Выспались?
— Да, благодарю за заботу.
Настроение и подозрительное участие человека, который несколько дней не только ранил недоверием и выраженным отторжением при общении, но и причинял мне серьезные неудобства на магическом уровне, озадачивали. Очень.
Разговаривать полулежа было неудобно и неловко, поэтому я поспешно села, тщательно прикрываясь одеялом.
Кто вообще пустил Фонсо ко мне? Нет, я понимала, конечно, что он муж мне и сам может выгнать из моей спальни любого, но все равно! Ему совершенно нечего было здесь делать!
Пока я усаживалась и укутывалась, супруг налил в чашку воды и протянул мне.
— Вы наверняка хотите пить, — предположил Фонсо, по-прежнему наблюдая за мной с той же странно лукавой улыбкой.
Он был прав, и я с благодарностью приняла чашку.
— Вы вовремя проснулись, — не изменяя выбранному тону, командир разглядывал меня. И хоть его взгляд не опускался ниже моих губ, я подтянула одеяло повыше, закрывая очень целомудренный вырез черной ночной сорочки. — До ужина час. Надеюсь, вы будете чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы спуститься в малую трапезную. Вам обрадуются.
Я недоуменно нахмурилась, пытаясь понять, почему он так странно со мной разговаривает. Последнее, что помнила, были хлопоты с елкой. Шарики я успела повесить до полудня, остальное не могло растянуться надолго. Ужин в семь. Эстас Фонсо, конечно, способен быстро менять настроение на противоположное, это я знала по опыту первой ночи, но сейчас для этого не было предпосылок!
Супруг будто прочитал мои мысли и сподобился на объяснение:
— Вы не приходили в себя больше двух суток.
— Что? — выдохнула я, беспомощно распахнув глаза.
Он кивнул пару раз для убедительности и укорил:
— Вам стоило сказать мне, что у вас с собой нет противоядия. Средства, помогающего побороть отравление, которое вызывает зелье восстановления магической силы.
— Я не думала, что оно понадобится, — попытка оправдаться звучала глупо, но не могла же я сказать, что ни за что не стала бы признаваться в слабости навязанному мужу! Тем более относившемуся ко мне так отрицательно, как Фонсо всю неделю.
— Выпив три пузырька зелья резерва? — скептически поднял бровь командир. — Даже я, не маг, знаю, что оно ядовитое. Заподозрить вас в беспечности я не могу.
— Хорошо, что умений господина Дарла хватило, чтобы приготовить лекарство, — я попыталась увести разговор чуть в сторону.
Фонсо был по-своему прав, и мне совсем не нравилось чувствовать себя провинившейся ученицей, которую отчитывали за закономерную и легко предсказуемую оплошность.
— Он его не готовил, — глядя мне в глаза, командир покачал головой. — Как вы верно сказали, свежесделанное в опасные дни года зелье только навредило бы. Кроме того, господин Дарл не маг-алхимик. Чтобы создать такое лекарство, нужен дар. Более того, господин Дарл не маг-лекарь. Он хороший врачеватель, но неодаренный. Он даже не распознал ни крайнее магическое истощение, ни отравление зельем, пока Джози ему не сказала. Вы могли очень серьезно заболеть.
Фонсо подвел неутешительный итог и выглядел при этом так, будто мое здоровье ему было хотя бы умозрительно небезразлично. В совокупности с ярко выраженным укором в интонациях отчитывающего меня навязанного мужа это раздражало. Словно я была зарвавшейся дурочкой, не умеющей рассчитывать силы, а не опытным магом, предвидевшим все сложности, но вынужденным подвергать себя опасности.