С этими словами она протянула мне билет. Недолго думая, я приняла его, хоть и понимала, что вряд ли Леонард так просто возьмет и поведает мне всю правду. Но попробовать разговорить его все же стоило. Бояться мне теперь нечего. В теле Инны он меня не узнает, особенно если буду проявлять осторожность.
Несмотря на то, что до похода в театр оставалось еще несколько дней, Катерина основательно принялась за подготовку уже сейчас. В общем-то основательность — ее второе имя. Поэтому я не особенно удивилась, когда на следующий день после окончания моего постельного режима в поместье нагрянула модистка с целой свитой помощниц.
С процессом создания образа и примерки я знакома не понаслышке. Во дворце было принято каждый новый прием посещать в новом платье, шитом на заказ. А приемов там было немерено. Тем не менее, я предпочитала более простые и удобные готовые платья, за что часто удостаивалась осуждающих взглядов. За одно лишь это леди Осень прозвали эксцентричной юной особой. Это, конечно, не считая всего остального, что я, по их мнению, делала не так.
Последний раз я так крутилась перед зеркалом в окружении стайки хлопочущих швей перед самой свадьбой… С тех пор прошел уже целый месяц. Месяц, что я должна была провести в статусе счастливой замужней женщины в компании новообретенного супруга. Одного из двух…
— Нет! Нет! Нет! — сквозь размышления до меня донесся раздраженный возглас модистки. — Вы что, не видите?! Этот цвет не подходит оттенку ее волос! У нее не шатен, а медный! Сюда нужно совершенно другое! Так, Инна, — сказала она мне, коснувшись моего подбородка, — посмотри на меня! Вот! Как я и говорила! Совершенно не пойдет!
Она отпустила меня и повернулась к Катерине, переходя на более дружелюбный тон:
— Леди Катерина, вы говорили, ваша невестка кареглазая шатенка, а она оказывается сероглазой рыжей. Мои девочки на это не рассчитывали, везя сюда свои варианты, — она кивнула на ворох разноцветных тканей, занявших почти все горизонтальные поверхности комнаты. — Но не беспокойтесь! Они еще только учатся, и конечно же создание вечернего платья для вашей прекрасной Инны я им не доверю. Теперь я вижу, с чем мне работать, так что все будет готово в срок и по высшему разряду!
— Как и всегда! — улыбнулась Катерина. — Даже не сомневаюсь в этом!
Они еще о чем-то мило щебетали, а я тем временем с недоумением присматривалась к своей внешности. Изменения почти незаметные. Для тех, кто видит меня каждый день, их и правда не уловить. Да и сама я за время болезни редко подходила к зеркалу. А внимательно вглядываться в отражение вообще не приходилось.
Прямые каштановые волосы Инны приобрели чуть рыжеватый оттенок и стали слегка виться. До моего родного цвета, конечно, далеко, но что-то мне подсказывало, что это еще не конец. Пусть медленно и постепенно, но они будут продолжать меняться, пока вновь не станут такими, как прежде.
И с этим необходимо было срочно что-то делать. Лишь одна единственная девушка во всем королевстве обладала таким цветом волос — леди Осень. Уверена, принцессу ищут прежде всего именно по этому признаку.
Но волосы можно покрасить — не беда! В алхимических лавках продаются различные средства для закрашивания седины, например. Менять цвет волос у нас не принято, но при большом желании, можно убедить мастера создать особую краску.
Только вот… что делать с глазами? Карие глаза Инны посветлели и приобрели холодный оттенок. Стали серыми — точь-в-точь такими, как были у меня. Не зря говорят: «глаза — зеркало души, а волосы — цвет магии». И пусть осенняя магия во мне до сих пор не пробудилась, но душа-то моя собственная прямо здесь, в этом самом теле.
На следующий день сообщив всем, что намереваюсь отправиться в галерею немного поработать, я вместо этого поехала искать алхимика, способного мне помочь. Волосы на всякий случай прикрыла платком. В Эльтересе он точно не будет лишним и не вызовет вопросов: в летней части города спасет от солнца, в зимней — от холода, в остальных — от ветра, а на деле — от внимательных прохожих.
Алхимических лавок в городе было множество. Я могла бы войти в первую попавшуюся и просто купить все необходимое, но не спешила этого делать. Краску для волос, без сомнения, сможет создать даже самый неопытный подмастерье алхимика, но мне нужно было не только это.
Разузнать у лекаря подробнее о перемещении душ мне удалось только в последний его визит, когда он проводил контрольный осмотр. Мне невероятно повезло, что в тот день вместо Катерины у моей постели дежурила Дара. Зная, что с минуты на минуту должен появиться лекарь, заранее разговорила ее на тему перемещения душ и завела спор о том, возможны ли они вообще.
Девушка утверждала, что верит в реинкарнацию и в то, что душа каждого из нас проходит свой путь на протяжении нескольких жизней, а после смерти ничего не кончается. Я же, дабы раззадорить ее, настаивала на том, что ничего подобного не существует.
— Какая же ты все-таки неромантичная! — укоризненно произнесла Дара. — Ты же художница! Значит, должна верить во второй шанс или вечную жизнь.
— Тогда почему мы ничего не помним о прошлых жизнях?
— Ой, да мы и о нынешней-то мало что помним! — отмахнулась она. — Вот скажи, ты можешь вспомнить себя десять лет назад? Во всех подробностях. Какой была, что делала, с кем общалась, о чем мечтала?
Стоило ей задать этот вопрос, как я с некоторым удивлением поняла: да, могу. Причем в мельчайших деталях практически каждый день того периода времени. Поминутно могу расписать, что делала, о чем думала, чего хотела…
Но ей ответила:
— Нет, не могу.
— Вот видишь! И я не могу. Это просто нереально. Наша память не способна вмещать в себя абсолютно все. Десять лет назад я потеряла свою любимую игрушку, но совершенно не помню, как это произошло. Да и вообще плохо помню то время, хотя возраст у меня был уже довольно сознательный. Так что не заморачивайся! Вряд ли найдутся достоверные источники, способные доказать, что я права или ошибаюсь. Здесь главное — вера.
Я сделала вид, что задумалась, и после недолгой паузы сказала:
— Вообще-то, кажется, я знаю того, кто способен разрешить наш спор.
Дара недоуменно посмотрела на меня, но через мгновение озарилась пониманием:
— Лекарь!
— Да-да, слушаю вас, леди Дара, — раздался заинтересованный мужской голос со стороны двери.
Мы обернулись. В комнату как раз вошел лекарь собственной персоной и, не дожидаясь ответа девушки, приступил к осмотру пациентки, то есть меня.
Дара сначала немного помялась, будто не решалась отвлекать человека от работы, но все же не выдержала.
— Вот скажите нам, уважаемый мастер, как профессионал. Как вы считаете, возможно ли перемещение души из одного тела в другое?
— Повернитесь! Не дышите! — сказал он мне. — Так, отлично, можете вдохнуть. Перемещение душ? Что ж, теоретически это возможно. Душа — источник энергии. Выньте из тела душу, и оно перестанет функционировать даже если совершенно здорово. А вот практически… — он пожал плечами. — Сложно сказать. Душа обычно очень крепко сплетена с телом. Энергетические каналы буквально насквозь пропитывают каждую клеточку организма. Вместе душа и тело представляют собой единый механизм. Случаются, конечно, исключения, как например, в вашем случае, леди Инна. Ваше тело абсолютно здорово и работает исправно, внутренние процессы не нарушены. Но при этом по какой-то причине вело себя так, будто отторгало вашу душу, как нечто чужеродное. Весьма интересный случай, должен сказать.
— То есть это действительно возможно? — обрадовалась Дара.
— Вполне. Не могу утверждать с полной уверенностью, но думаю, если бы вдруг кто-нибудь решил взять сейчас душу леди Инны и переместить в другое тело, у него могло бы получиться.