Занимаясь любовью с Уильямом Кормаком, таким притворно добродетельным, преувеличенно стыдливым и предельно осторожным, она все больше склоняла его к разврату, представляя на своем теле ловкие и умелые пальцы Мери, ощущая дыхание Мери, тепло Мери… Она наслаждалась мужским телом, мечтая о теле женском, хотя и не способна оказалась ни пожелать по-настоящему, ни полюбить по-настоящему ни одну женщину. У нее не было никакой склонности к лесбийской любви, у нее была слабость к Мери — двуликой, ершистой, необычайно похожей на нее саму.
Эмма де Мортфонтен не могла и не смогла бы полюбить никого, кроме своего двойника.
И когда она, измученная и истощенная нежеланием ничего при наличии всего, решилась наконец довериться интуиции — только тогда к ней вернулся вкус к жизни. Она тут же поручила Человеку в Черном наняться на корабль Форбена и докладывать ей оттуда обо всем, что там происходит, ибо ее не оставляла надежда, что в один прекрасный день Мери снова возникнет на горизонте, а появиться она в таком случае может только у него или у Корнеля.
Дав задание наемнику, Эмма бросила Ирландию вместе с Уильямом Кормаком и вернулась домой, в Дувр, опять-таки надеясь, что движимая интересом к сокровищам Мери непременно явится сюда рано или поздно. Одержимая тысячей вопросов без ответов, Эмма целый год вертелась как черт на сковородке, улаживая свои дела, томясь и хмурясь, принимая ухаживания поклонников, чтобы немедленно и грубо вслед за тем их выгнать, а надежда ее все таяла, таяла и постепенно обращалась в отчаяние. Она уволила свою горничную Аманду, которая до сих пор сокрушалась из-за странного исчезновения Мери Оливера, и оставила при себе только своего наемника, Джорджа. Только он мог выдержать ее характер, только он был неиссякаемо терпелив. Потому что, как все люди, всегда остающиеся в тени, отлично знал, как держаться, чтобы удержаться, на что согласиться, чтобы дележ был в его пользу…
Джордж, ее подручный, наверное, один на всем свете любил Эмму так, что мог столько лет выносить самые вздорные ее выходки.
А его способность не покоряться безропотно, когда всё вроде бы его к тому побуждало! Ну и в конце концов он отвоевал себе место, на которое так надеялся… Разумеется, не при свете дня, нет, Джорджа не устроил бы напудренный парик и наряд дворянчика: он довольствовался теми ласками, какие расстроенная и жалостная Эмма ему доверчиво расточала, только чтобы излить куда-нибудь нерастраченные чувства. Он любил ее лишь в тех случаях, когда ей самой это было нужно. Любил самоотверженно и беззаветно. Никогда, никогда он не причинил бы ей ни малейшего зла, ни малейшей боли. И умер бы, ее защищая. Мало-помалу он внушил ей желание продолжить поиски сокровищ.
Все началось с предложения: а почему бы ей не отправиться в Южную Каролину, чтобы посмотреть своими глазами на плантацию, которая приносит такие хорошие прибыли? Но Эмма отказывалась покинуть Дувр из боязни упустить Мери, если та здесь появится. Джордж сумел убедить хозяйку. Прошло ведь столько времени, а Мери не подает вестей… Пришлось согласиться. Согласиться с тем, с чем согласиться было невозможно.
В конце концов они вместе отбыли на паруснике. Для молодой англичанки стал открытием маленький городок Чарльстон — его украшенные колоннадами деревянные дома, удивительно мягкий климат, улыбающиеся, несмотря на бремя рабства, негры… Внезапно груз, давивший на собственную ее душу, показался легче. Она прожила в Чарльстоне полгода, с каждым днем все явственнее ощущая, как в ней постепенно возрождается вкус к жизни. И когда Джордж мимоходом, совершенно естественным тоном предложил съездить на Кубу, а оттуда двинуться к Юкатану, она уступила. Что ж, в Европу они вернутся потом.
Эмма всегда возила с собой резную шкатулку черного дерева, в которой держала нефритовый «глаз» и карту, указывавшую место тайника, где спрятаны сокровища, — как реликвии, с которыми она не в силах была расстаться даже на время. В том числе и потому, что тихий голосок в сознании неотступно нашептывал: «А если именно туда, на Юкатан, решила первым делом наведаться Мери Рид?» О да, да, именно этим можно объяснить ее исчезновение! Сердце Эммы забилось сильнее, в животе снова свернулась комком надежда, и, сверившись с картой испанца, искательница приключений решила организовать экспедицию к Лубаантуну. Там она нашла город майя, безымянный храм, взломала вход туда, простучала стены… Она ощупала заброшенную древнюю стелу, надеясь обнаружить на поверхности нечто, позволяющее привести в действие механизм и открыть путь к кладу.