— Увы, дорогая моя, — вздохнул король, — очевидная необходимость служения долгу перестала быть очевидной и главной для многих моих подданных. Конечно, они верны мне: явное доказательство их привязанности к королю-изгнаннику — их добровольно выбранное собственное изгнание, но с течением времени они все меньше верят в то, что даже случайно возникнет возможность триумфального возвращения на родину, и находят теперь справедливым ставить собственные интересы впереди интересов Англии, то есть моих…
Он смотрел на гостью ясным, таким искренне доброжелательным и таким ласковым взглядом, что Мери устыдилась своих махинаций.
— Чем мне доказать вам свою любовь, ваше величество? — спросила она тихо.
— Вы, безусловно, знаете человека, который был у меня до вас…
Мери кивнула. Разве она не обвинила Тобиаса в том, что тот — участник заговора с целью убийства короля Якова?
— Мне хотелось бы, чтоб вы как можно старательнее следили за ним и докладывали мне о малейших его передвижениях и поступках. Вы — себе на уме, вы очень живая и вас невозможно подкупить. По крайней мере, я вижу вас такой, несмотря даже на то что вы ухитрились выдать своего мужа за лакея.
— Кого?.. — Она прикусила язык.
— Вашего мужа. Вы удивлены, что мне это известно? Разумеется, лорд Мильфорт приказал проследить за вами, и — ах, не надо, не надо полагать, будто это каким-то образом направлено лично против вас, — обычная предосторожность со стороны моей полиции, желающей предупредить возможные осложнения. Еще я знаю, что ваш супруг — матрос в экипаже французского корсара Клода де Форбена, еще — что именно на корабле Форбена вы прибыли во Францию.
Яков II минутку помолчал, глядя в лицо Мери.
— Если бы и вы были среди заговорщиков, намеренных убить меня, то могли бы воспользоваться нашей сегодняшней встречей, верно?
— Я не заговорщица, ваше величество, — улыбаясь, ответила она.
На милом личике гостьи — Мери не успела ни накраситься, ни даже напудриться — король не нашел и следа лукавства. Ему казались просто очаровательными ее усыпанный веснушками вздернутый носик, ее темные глаза и чувственный рот.
— Вы согласны выполнить это поручение? — спросил Яков II.
— Я счастлива доверием, мне вами оказанным, и приложу все усилия, чтобы стать его достойной.
Его величество встал, подошел к письменному столу и, повернувшись к ней спиной, склонился над чернильницей. Заскрипело перо. Оно бегало по бумаге довольно быстро, и вскоре король вернулся к Мери и протянул ей документ, на котором уже подсыхала сургучная печать. Кроме того, Яков II дал гостье увесистый кожаный кошель.
— Вот ваше разрешение на беспрепятственный проход в любые апартаменты Сен-Жерменского дворца и другая бумага, она предоставляет в ваше распоряжение небольшой особняк здесь поблизости, чтобы объект наблюдения был у вас на глазах. Сумма, находящаяся в этом кошельке, покроет ваши расходы. Естественно, по первому требованию вы получите столько, сколько будет нужно.
Мери чуть дрожащей от удовольствия рукой спрятала полученное.
— Спасибо, ваше величество! — с чувством воскликнула она. — Вам не придется пожалеть об этом!
— Да, вот еще что! Я принимал Тобиаса Рида, чтобы сбить его с толку, но в это время тут находился переодетый лакеем один из моих охранников. Держитесь к Риду поближе при слежке, однако будьте очень осторожны и не теряйте бдительности!
— Не беспокойтесь, ваше величество, я сумею защитить себя, если потребуется.
— Не сомневаюсь в этом, милое дитя, нисколько в этом не сомневаюсь, — улыбнулся король. — Сейчас Альфред отвезет вас домой. Он не слишком разговорчив, зато чрезвычайно ловко владеет оружием. В случае нападения Альфред окажется вам весьма полезен.
Мери оставила короля Якова наедине с его мыслями, почти полностью совпадавшими с ее собственными размышлениями. Что же позволит узнать о Тобиасе Риде эта ее свобода передвижений?
Когда Мери вернулась домой и рассказала о своих приключениях, Корнель покатился со смеху.
— Конечно же я заметил, что за нами следят! — воскликнул он. — Это и стало одной из причин, по которым я распустил слухи о нашем браке!
— А разве были другие? — удивилась Мери.
— Другие — кто?
— Не «кто», а «что»… Другие причины.
Он, нахмурившись, уставился на нее, во взгляде, напоминавшем предгрозовое небо, засверкали молнии.
— Наверное…
— Ну и какие же? — настаивала она, не в силах поверить в свои предчувствия.
— А ты докажи, прелестница Мери, что настоящая шпионка: сама открой их! — усмехнулся он.