Тогда мистер Рид связался с месье Ардуэном-Мансаром, архитектором, которому в то время было поручено увеличить и перестроить старый замок. Несмотря на ужасную занятость (продолжалась реконструкция, к тому же еще прославленный Ардуэн едва мог устоять под напором просьб разного рода, но известно было, что, как правило, он никому не отказывает), этот любезный человек охотно принял его. Кабинет, находившийся в новехоньком Версале, куда поселил своего придворного архитектора король, оказался заваленным гигантского размера рулонами, одни из которых лежали отдельно, другие были скреплены по несколько кожаными ремешками. Эти рулоны стояли вдоль стен или заполняли полки высоченных, доходивших до лепного потолка шкафов, или были навалены на столы — письменные и простые. Рядом с некоторыми, приколотыми тонкими стилетами к доскам, лежали перья, отточенные угольки, угломеры и мерные рейки из орешника.
С первого взгляда могло показаться, что здесь царит чудовищный беспорядок, тем не менее сам господин Ардуэн-Мансар и его подручные вроде бы находили в этом хаосе все, что им требовалось.
— Я разыскиваю эти архивы по поручению короля, — глазом не моргнув соврал Тобиас Рид. — Не припомните ли: видели вы их, перемещали куда-то?
— Надо расспросить моих мастеровых, — ответил архитектор, озабоченно поглаживая пальцем подбородок. — Работы в старом замке продолжались пять лет. Некоторые из мастеровых начинали перестройку, другие пришли к концу ее… Просто немыслимо найти сейчас их всех.
— Но вы ведь, наверное, помните, что и как было перестроено?
— Месье! — оскорбился Ардуэн-Мансар. — Знайте, что ни один уложенный мной в этом королевстве камень не может быть забыт! Я помню все.
— Простите, ради бога, простите. Мне существенно важно увидеть эти утерянные документы, чтобы не пострадать от ярости его величества. Не знаю, почему король так дорожит ими теперь, но выполнить его приказ…
— …значит, послужить воле Господней! — подхватил архитектор, явно смягчаясь. — Как мне не понять вас, месье, как не знать этого самому, если я столько раз пытался сразиться с абсурдными с точки зрения архитектуры прожектами!.. Если бы не удалось обуздать кое-какие чересчур смелые замыслы, некоторые здания обрушились бы еще до завершения строительства. Здесь у меня планы всех работ. Они могут помочь нам в поисках. Видите ли, — продолжал он, вооружаясь приставной лесенкой, чтобы добраться до верхней полки, где тоже хранились рулоны, служившие пристанищем для бесчисленных пауков, — видите ли, старый замок напоминает в плане неправильный пятиугольник. К средневековому строению, которое расширял и перестраивал еще Франциск I, я добавил еще пять флигелей — выступами.
Он примолк на то время, которое потребовалось, чтобы развернуть чертеж, вглядеться в него и, покачав головой, положить на прежнее место. Так повторилось еще два или три раза, после чего архитектор спустился и переставил лесенку в другое место, подальше.
— Я, кроме того, упорядочил фасады, — снова заговорил Ардуэн-Мансар, — заделав те пространства, которые нельзя было упорядочить или перестроить. Ах! — воскликнул он, хватая увесистую связку рулонов, наверное, с десяток их там было. — Вот они, эти планы! Не изволите ли помочь мне? Пожалуйста, месье!
Тобиас Рид встал сбоку лесенки и принял от архитектора связку. Ардуэн-Мансар, освобожденный от пыльного груза, принялся горячо благодарить, а Рид, наоборот, стараясь от этого же груза отделаться, попытался пристроить рулоны на уже заваленный их более свежими собратьями стол. Ничего не получалось, но тут к нему присоединился спустившийся из-под потолка хозяин кабинета.
— Я еще и привел в порядок кое-какие апартаменты, — похвастался он, разворачивая один из чертежей.
Архитектор стал водить по открывшемуся плану здания пальцем, показывая гостю по мере продвижения кончика ногтя разные части замка.
— Вот видите, тут — театр, здесь — часовня, это покои короля и королевы на втором этаже, это — апартаменты их слуг, затем… затем, вот — на первом этаже: гостиная, где его величество принимает своих придворных.
— Могу ли я взять с собой эти чертежи? — спросил Тобиас Рид, едва дождавшись конца «экскурсии».
Ему показалось, что Ардуэн-Мансар в затруднении, и он поднажал.
— Клянусь вам беречь их как зеницу ока и принести назад сразу, как закончу расследование! — с пылом произнес он.
В конце концов архитектор уступил, и Тобиас Рид направился к своей карете, нагруженный рулонами и папками. Придя домой, он тотчас же занялся поисками в них следов средневековой постройки, куда, как он надеялся, рабочие господина Ардуэна-Мансара свалили найденные ими и совершенно им не нужные приходно-расходные книги и чертежи.