Марк приосанился, словно готовясь к битве.
– Ладно.
– А если они все же устроят пожар…
– Да? – спросил Марк.
– Найди способ его потушить.
Джонни Грач жил в районе Виктор-Хайтс в маленьком бунгало с грязными окнами, втиснутом между двумя большими домами. Казалось, это бунгало необитаемо, и Эмма подозревала, что Грач специально создает такую видимость. В такой дом не постучались бы даже дети, собирающие сласти в Хэллоуин.
Но сама улица была вполне нормальной. На тротуаре ребятишки играли в классики, а на веранде одного из домов, окруженного садовыми гномами, читал газету милый старичок. Когда Джулиан представлял себе жизнь простецов, в его фантазиях она примерно так и выглядела. Порой ему даже казалось, что она не так уж плоха.
Эмма надела Кортану. Они уже нанесли на кожу руны невидимости, поэтому она не волновалась о том, что дети заметят ее, и спокойно подтягивала ремень, сосредоточенно хмурясь. Под калифорнийским солнцем ее волосы сияли ярче золотистой рукоятки меча. Белые шрамы у нее на руках тоже слегка светились – тонкие, напоминающие кружева.
Нет. Жизнь простецов им никак не подходила.
Эмма подняла голову и улыбнулась Джулиану. Улыбка была знакомой, легкой. Казалось, что накануне – музыка до сих пор звучала у Джулса в ушах, преследуя его, как в навязчивом сне, – ничего и не произошло.
– Готов? – спросила Эмма.
Выложенная плитками тропинка, ведущая к крыльцу, растрескалась над корнями деревьев. Их огромная природная сила приподнимала бетон. «Какая тяга к жизни!» – подумал Джулиан и пожалел, что у него с собой нет красок. Он достал телефон и собрался сделать снимок, но в этот момент раздался глухой звонок – пришло сообщение.
Джулс посмотрел на экран. Писал Марк.
«Не могу найти Тая».
Нахмурившись, Джулиан набрал ответ, шагая за Эммой к двери.
«Ты смотрел у него в комнате?»
На двери висел молоточек в виде лохматого зеленого человека с безумными глазами. Эмма подняла его и опустила. Телефон Джулиана снова звякнул.
«Ты меня за остолопа держишь? Конечно, да».
– Джулс? – сказала Эмма. – Все в порядке?
– Остолоп? – пробормотал Джулс, печатая ответ.
«Что говорит Ливви?»
– Ты только что сказал «остолоп»? – переспросила Эмма. Джулиан услышал шаги по другую сторону двери. – Джулиан, постарайся вести себя нормально, ладно?
Дверь распахнулась. На пороге появился высокий, худощавый мужчина, одетый в джинсы и кожаную куртку. Его волосы были подстрижены так коротко, что было сложно определить их цвет, а глаза скрывались за темными очками.
Увидев Эмму, он стукнул кулаком о косяк.
– Карстерс, – бросил он, и в этом слове мольба слилась со стоном.
Телефон Джулиана снова ожил.
«Ливви не знает».
Грач изогнул бровь.
– Какой занятой! – иронично бросил он и посмотрел на Эмму. – Другой твой парень повежливее будет.
Эмма вспыхнула.
– Это не мой парень. Это Джулс.
– Ах да. И как я не узнал глаза Блэкторнов? – вкрадчиво произнес Грач. – Ты вылитый отец, Джулиан.
Джулиану не понравилась усмешка Грача. Впрочем, ему вообще не нравилось, что Эмма с ним общалась. Простецы, увлекавшиеся магией, включая тех, кто обладал Зрением, были белым пятном в законах Конклава. О них там не говорилось ни слова, но при этом все знали, что с ними лучше не связываться. Если нужна была магия, можно было нанять приличного, одобренного Конклавом чародея.
Но Эмме не было дела до одобрения Конклава.
«Ливви обманывает. Она всегда знает, где Тай. Заставь ее признаться».
Джулс сунул телефон в карман. Тай нередко пропадал: бывало, он сидел в укромных уголках библиотеки, а бывало, убегал в пустыню, где караулил ящериц возле норок. Сегодня он злился, а потому не было ничего удивительного в том, что он решил спрятаться ото всех.
Грач открыл дверь шире.
– Проходите, – обреченно сказал он. – Вы знаете правила. Оружие не вынимать, Карстерс. И никакой дерзости.
– Что ты считаешь дерзостью? – спросила Эмма и вошла внутрь.
Джулиан последовал за ней. Его чуть не сбила с ног волна магии, густая, как дым в горящем доме. Магией была пропитана вся крошечная гостиная. Магия казалась практически видимой в тусклом свете, который проникал в нее сквозь задернутые пожелтевшие занавески. В высоких книжных шкафах стояли книги и гримуары: «Молот ведьм», «Псевдомонархия демонов», «Малый ключ Соломона» и даже ярко-алый фолиант, на корешке которого было вытиснено название «Красный дракон». На полу лежал желтоватый, в тон занавескам, ковер. Недовольно поморщившись, Грач пинком отшвырнул его в сторону.