– Пожалуй, да, – кивнул Джулиан.
Его телефон снова звякнул.
«Ливви не говорит. Она закрылась в комнате. Помоги».
Джулиану стало тревожно, но он тут же сказал себе, что волнуется по пустякам. Он понимал, что слишком переживает о братьях и сестрах. Тай, скорее всего, просто нашел какого-нибудь зверька и возился на улице с белкой или бродячей кошкой. Или заперся где-нибудь с книгой, не желая ни с кем разговаривать.
Джулс набрал ответ:
«Выйди на улицу и поищи его в саду».
– Столько сообщений? – поддел его Грач. – Похоже, ты очень популярен.
– Не жалуюсь, – ответил Джулс. – Батарейка почти села.
Телефон звякнул еще раз.
«Пошел на улицу».
Едва Джулиан успел прочитать сообщение, как экран погас. Джулс сунул телефон в карман, и в этот момент из подвала донесся жуткий грохот, а за ним раздался дикий крик.
– Какого черта? – воскликнул Грач.
В его голосе послышался искренний испуг. Судя по всему, это не укрылось от Эммы, которая сразу пошла к лестнице, ведущей вниз. Грач закричал что-то ей вслед, но Джулиан знал, что он не сможет мгновенно выйти из защитного круга. Даже не взглянув на него, он поспешил за Эммой.
Кит Грач притаился в тени под лестницей. Сверху доносились голоса и проникал тусклый свет. Отец всегда отправлял его в подвал, когда к ним приходили посетители, особенно если от одного вида этих посетителей приходилось хвататься за мел и поспешно чертить на полу защитный круг.
Кит видел только тени, но прекрасно слышал голоса. Два голоса. Как ни удивительно, молодые. Один принадлежал юноше, а другой – девушке.
Он догадывался, кто это, и это были не жители Нижнего мира. Он видел, как встрепенулся отец, когда они постучали в дверь. Джонни ничего не сказал, но по взгляду его и так было понятно: Сумеречные охотники.
Нефилимы. Кит почувствовал, как внутри него нарастает раздражение. Он сидел на диване и спокойно смотрел телевизор, а теперь ему пришлось скрючиться в темном подвале собственного дома, как несчастному воришке, только потому, что Сумеречные охотники полагали, будто своими законами могут контролировать магию. Будто могут всем говорить, что делать. Будто…
Вдруг кто-то напрыгнул на него из тени и ударил его в грудь. Кит отлетел к противоположной стене. Дыхание сбилось. Он ахнул – и тут все вокруг залил свет, яркий белый свет, распространявшийся от небольшого предмета, который лежал на человеческой руке.
Что-то острое мелькнуло возле горла Кита. Он судорожно вдохнул и поднял глаза.
Перед ним стоял мальчишка его возраста. Чернильно-черные волосы, глаза цвета стального клинка – глаза, которые скользнули в сторону в тот самый миг, когда он посмотрел в них. Мальчишка был высок и строен. Его гибкое тело было затянуто в черное одеяние. На бледной коже виднелись руны нефилимов.
Кит ни разу еще не оказывался так близко к Сумеречному охотнику. В одной руке мальчишка держал огонь – и это явно был не фонарик, Кит умел отличить магию от электричества, – а в другой его руке был зажат кинжал, кончик которого указывал Киту прямо на горло.
Порой Кит представлял, как поведет себя, если окажется в плену у нефилима. Как он наступит ему на ногу, сломает ему кости, как вывернет ему запястья, как плюнет ему в лицо. Но он не сделал ничего из этого. Он даже не подумал об этом. Он смотрел в лицо мальчишке, ощущая, как кинжал щекочет ему горло. Смотрел в лицо мальчишке, черные ресницы которого тенью легли ему на щеки. Смотрел в лицо мальчишке, не в силах пошевелиться, и чувствовал недоумение.
Он думал: «Какая красота».
Кит моргнул. Хотя мальчишка и не смотрел на него, он, похоже, заметил движение. Он приглушенно спросил:
– Кто ты? Что ты здесь делаешь? Ты ведь не Джонни Грач – для этого ты слишком молод.
У него был прекрасный голос. Чистый и ясный, немного резкий, из-за чего казалось, что он старше, чем на самом деле. Голос богача.
– Нет, – ответил Кит, растерянно моргая, словно его только что ослепила яркая фотовспышка. – Нет, я не Джонни Грач.
Мальчишка так и не поднял глаза. Казалось, Кит не заслуживал, чтобы на него смотрели. Недоумение Кита постепенно уступало место раздражению.
– Ну же, – вызывающе бросил он, – выясни, кто я.
Мальчишка нахмурился, но вскоре его лицо прояснилось.
– Ты его сын, – сказал он. – Сын Джонни Грача.
И тут его губы изогнулись в едва заметной улыбке.
Это была улыбка превосходства, которая тотчас вывела Кита из себя. Он отпрыгнул в сторону, увернулся от кинжала и попытался пнуть мальчишку ногой. Тот поспешил уйти от удара, но Кит все равно задел его. Раздался вскрик. Огонь выпал из руки у мальчишки и погас, и в следующую секунду Кита снова прижали к стене. Мальчишка схватил его за грудки и снова приставил кинжал к его горлу.