– Ава Ли выиграла в лотерею? – уточнила Эмма. – Та Ава Ли, которая жила со Стэнли Уэллсом?
Безупречный Диего еще сильнее прижал кинжал к горлу Стерлинга.
– Что ты знаешь об Аве?
Стерлинг попытался отстраниться от ножа.
– Да, она выиграла в лотерею. Неважно, кого убивают победители. Единственное правило – никаких обитателей Нижнего мира, за исключением фэйри. Некоторые выбирали знакомых. Ава решила убить своего богатенького папика. Он ей надоел. Но это свело ее с ума. Она покончила с собой. Утопилась у него в бассейне. Глупо с ее стороны. Она могла бы получить что угодно.
– Она не кончала с собой, – возразила Эмма. – Ее убили.
Стерлинг пожал плечами.
– Не, она сама свела счеты с жизнью. Так все говорят.
Казалось, Кристина с трудом держит себя в руках.
– Ты ее знал, – сказала она. – И тебе все равно? Ты ничего не чувствуешь? Ты не чувствуешь вины за убийство девушки?
– А что? Какая-то девчонка с Сумеречного базара, – отмахнулся Стерлинг. – Продавала там всякие побрякушки. Я сказал ей, что могу протолкнуть ее украшения в универмаги. Посулил ей богатство. Сказал, что нужно встретиться лично. – Он фыркнул. – Все хотят денег.
Они миновали оживленный участок шоссе и теперь ехали вдоль пляжа, уставленного синими спасательными вышками.
– А тот голубой огонь? – произнесла Эмма, явно размышляя вслух. – В нем был Хранитель. Он перенес тело на точку пересечения. Ты зарезал девушку, но Хранитель забрал ее еще живой. Значит, смерть происходит на точке пересечения, как и все остальное: нанесение ожогов, погружение тела в морскую воду, вырезание рун – словом, весь ритуал?
– Да. Меня тоже должны были перенести на точку пересечения, – разочарованно заметил Стерлинг. – Там Хранитель вознаградил бы меня – дал бы мне все, что я захочу. Я мог посмотреть ритуал. Одна смерть дает всем нам силы.
Эмма и Кристина переглянулись. Стерлинг ничего не прояснял, его рассказ только сильнее запутывал дело.
– Ты сказал, что она последняя, – начал Диего. – Что случится потом? Какой результат?
Стерлинг хмыкнул.
– Не имею представления. Я не склонен задавать лишних вопросов – наверное, поэтому я и добился так многого.
– Добился так многого? – фыркнула Эмма. – Ты же сидишь связанным на заднем сиденье машины!
Впереди показались огни пирса Малибу, которые отражались в темной воде.
– Это неважно. Хранитель найдет меня, – сказал Стерлинг.
– Не стал бы я на это рассчитывать, – пробормотал Безупречный Диего.
Эмма свернула с шоссе на знакомую дорогу. В отдалении виднелись огни Института, которые освещали им путь.
– И когда же он тебя найдет? – спросила она. – Когда Хранитель придет за тобой? Как думаешь, что он с тобой сделает? Примет тебя обратно, после того как ты все это нам разболтал? Тебе не кажется, что он заставит тебя заплатить?
– Я должен отдать ему еще кое-что, – ответил Стерлинг. – Белинда сделала это. Даже Ава сделала. Еще кое-что. А потом…
Стерлинг осекся и вскрикнул от ужаса. Перед ними возвышался Институт. Безупречный Диего выругался.
– Эмма! – воскликнула Кристина. – Эмма, тормози!
Эмма видела знакомое здание Института, извилистую дорогу к нему, каньон и возвышающиеся позади него холмы. Повсюду, со всех сторон, были тени, но Эмма поняла весь ужас ситуации только тогда, когда машина поднялась на последнюю горку и фары осветили здание.
Институт был окружен.
Фигуры – темные, похожие на людей – взяли его в широкий квадрат. Они стояли плечом к плечу, безмолвные и недвижимые, как греческие воины на древних миниатюрах.
Стерлинг что-то неразборчиво прокричал. Эмма ударила по тормозам, свет фар скользнул по лужайке перед Институтом. Фигуры осветило, как днем. Некоторые из них были знакомыми. Эмма узнала кудрявого юношу из джаз-бэнда, который выступал в «Полночном театре». Его черты исказились в беззвучном крике. Рядом с ним была женщина – темные волосы, алые губы, – которая подняла руку с пистолетом…
– Белинда! – испуганно воскликнул Стерлинг. – Она…
Рука Белинды дернулась от отдачи. Эмму оглушил взрыв правого переднего колеса, в которое попала пуля. Машина накренилась и покатилась под откос.
Темнота. Звон битого стекла. Руль вдавился Эмме в грудь, не давая дышать, фары погасли. Она услышала крик Кристины и возню на заднем сиденье, отстегнула ремень и повернулась к пассажирскому креслу.
Но Кристины там не было. Заднее сиденье тоже оказалось пустым. Эмма распахнула дверцу и вывалилась из машины на землю. Поднявшись на ноги, она осмотрелась.