Но Ливви быстро отвлекла внимание Джулса разговором.
– Мы все поедем, – радостно болтая ногами, сказала она. – Мы с Таем сядем в машину с Эммой и Марком, тебя подхватит Кристина, а Диана останется здесь…
Джулиан поставил Тавви на пол.
– Попытка, конечно, не пытка, – сказал он, – но мы с Эммой справимся и вдвоем. Мы мигом съездим к его дому, проверим, нет ли там чего-нибудь интересного, и вернемся.
– Вечно все веселье проходит мимо нас! – запротестовала Ливви.
– Позвольте мне осмотреть дом, – сказал Тай. – Вы упустите все самое важное. Не заметите улик.
– Спасибо за доверие, – сухо бросил Джулиан. – Слушайте, Ливс, Тай-Тай, нам очень нужно, чтобы вы изучили фотографии из пещеры. Может, у вас получится определить языки, перевести надписи…
– Опять переводы, – проворчала Ливви. – Что может быть лучше?
– Будет здорово, – сказала Кристина. – Сделаем горячий шоколад и поработаем в библиотеке.
Она улыбнулась близнецам, и Джулиан во второй раз благодарно посмотрел на нее.
– Я прошу вас не потому, что хочу вас чем-то занять, – объяснил Джулиан, – а потому, что вы, ребята, умеете такое, чего никто из нас не умеет. – Он кивнул в сторону компьютера.
Ливви залилась краской, а Тай обрадовался комплименту.
Марку, однако, такой расклад не понравился.
– Я должен пойти с вами, – сказал он Джулиану. – Оба Двора велели мне принимать участие в расследовании. Сопровождать вас.
– Не сегодня, – покачал головой Джулс. – Нам нужно понять, как тебе обходиться без рун.
– Они мне не нужны… – начал Марк.
– Нужны, – твердо сказал Джулиан, и в его голосе послышалась сталь. – Без рун невидимости не обойтись, если, конечно, ты не хочешь, чтобы тебя заметили. Тем более ты еще не восстановился после вчерашнего. Хоть ты и говоришь, что на тебе все быстро заживает, я видел в классе, как раскрылась твоя рана. У тебя шла кровь…
– Моя кровь тебя не касается, – огрызнулся Марк.
– Касается, – возразил Джулиан. – Мы ведь семья.
– Семья, – горько произнес Марк, а затем как будто понял, что все братья и сестры рядом и молча смотрят на него. Кристина тоже притихла, тревожно взглянув на Эмму.
Марк не стал продолжать свою мысль и вместо этого тихо сказал:
– Желай я подчиняться приказам, я бы остался в Охоте.
И вышел из комнаты.
11
И там дева жила…
– По-моему, Тай читает слишком много детективов, – улыбнувшись, сказал Джулиан. Окно было открыто, и врывавшийся в машину ветер трепал его волнистые волосы. – Он спросил, не думаю ли я, что убийства совершили свои.
– Свои – это чьи? – уточнила Эмма.
Она откинулась на спинку пассажирского сиденья и положила ноги на приборную панель. Они стояли на светофоре, и в открытые окна влетали звуки ночного города.
С Берегового шоссе они свернули на бульвар Сансет. Пока они петляли по каньонам и ехали по Беверли-Хиллз и Бел-Эйр, вокруг было тихо, но теперь они оказались в самом сердце Голливуда, на бульваре Сансет-Стрип, по обе стороны от которого светились вывески дорогих ресторанов и огромные, тридцатиметровые рекламные щиты с анонсами новых фильмов и телепрограмм. На улицах было людно и шумно: туристы фотографировались с двойниками звезд, уличные музыканты собирали мелочь, пешеходы спешили домой с работы.
Казалось, Джулиан чувствует себя свободнее, чем в последние дни. Откинувшись на спинку, он держал руки на руле. Эмма прекрасно понимала, что он чувствует. Сидя в машине в защитной куртке и джинсах, с Джулианом рядом и Кортаной в багажнике, она понимала, что здесь ее место.
Эмма попробовала заикнуться о Марке, когда они только сели в машину, но Джулиан лишь покачал головой и сказал: «Он привыкнет». И ничего больше. Эмма поняла, что он не хочет говорить о брате, и это было нормально: она в любом случае не могла предложить никакого выхода. И они вернулись к обычной добродушной беседе, в которой не обходилось без подшучивания друг над другом. И впервые за долгое время Эмма чувствовала себя легко и свободно.
– Думаю, он имел в виду, не кажется ли мне, что убийца – Сумеречный охотник. – На пересечении бульвара Сансет и улицы Вайн скопилось много машин, и теперь они медленно катились вдоль пальм и неоновых знаков. – Я ответил – нет, ведь здесь явно замешан кто-то, кто знает магию, а Сумеречный охотник вряд ли решит нанять чародея для совершения убийств. С убийствами мы обычно справляемся и сами.