— Стой! — Артур неожиданно замер, поняв, что они бегут в направлении церкви Святой Марии.
Нет, им нельзя было там появляться. Пусть матушка Бенедикта ждет их и сходит с ума от беспокойства, как и тогда, когда он спасал ее брата, но Артур понимал, что если беглянку будут искать, то именно в монастыре. Куда же им идти?
У Артура весь город был в знакомых, но после того, как он решился выступить против королевского сына, юноша не мог ни на кого положиться.
Опять загрохотал гром, шумел и стонал ветер, стеной налетал дождь. Казалось, буря заплутала в пределах Шрусбери, забыв, куда летела вначале, и решила еще раз обрушиться на город в кольце Северна. Артур подумал о Северне — ведь они могли бы уплыть по реке! — но отказался от этой мысли: сейчас там бушует настоящая буря.
— Артур! — услышал он рядом жалобный голос Милдрэд. Она слегка сжала его руку, словно подбадривая или напоминая, что нет смысла стоять на склоне извилистого Вайля, по которому потоками проносилась вода.
— Идем, кошечка, — тряхнул мокрой гривой Артур и стал увлекать ее вниз по спуску. Он думал только об одном: у него есть друзья, которые ждут его и не предадут.
Теперь они бежали, надеясь, что даже если кто из горожан и наблюдает за стихией, его больше волнует безопасность Шрусбери, чем какие-то носящиеся под ливнем ночные бродяги. Артур безошибочно находил в темноте нужные проулки и вскоре, одолевая несущиеся под ногами потоки воды и грязи, лавируя среди лавчонок и сарайчиков, вывел Милдрэд к перекрестку Мардолла у Валлийских ворот.
Под аркой маячил свет. Артур заметил, что мулы по-прежнему запряжены в фургон под длинным проездом арки, а Рис и Метью стоят у проема, глядя на дождь и заслоняя своими силуэтами стражников. Беглецы бросились к ним, и Милдрэд почти приникла к груди Риса. Вмиг сообразив, тот поспешил спрятать ее в тень фургончика. Артур тем временем переводил дыхание, глядя на суровое неподвижное лицо Метью.
— Я выкрал ее у принца Юстаса, — сказал он наконец. — Скоро нас хватятся, и тогда меня казнят, а ее сделают шлюхой принца.
Метью молчал, и тогда Артур добавил: мол, надо уезжать, если они не против помочь.
— В этакое-то ненастье? — слегка выглянул из-под арки монах.
— Это наименьшая из наших нынешних бед, — усмехнулся Артур.
— Залазь. — Метью кивнул в сторону фургона. — И скажи малышке, чтобы не высовывалась. Если толстый Ульфрик ее не заметит, может, ничего и не заподозрит, даже пусть и удивится нашему странному желанию покинуть Шрусбери.
В темноте возка Милдрэд забилась между тюками с вещами. Ее золоченый подол поблескивал в полумраке, и Артур поспешил накрыть ее плащом. Девушка смотрела на него снизу вверх, не обращая внимания на Гро, который, радуясь ее появлению, облизал ей все лицо.
Метью о чем-то говорил со стражами, те недовольно шумели. К ним подошел Рис, тоже начал просить. Вышел и Артур, Милдрэд прислушивалась к его веселому голосу, дивясь, откуда у парня такое самообладание. Сама же она была напряжена, как струна. Может, поэтому и уловила какой-то шум в городе, выкрики. Что это? Ее уже хватились, или всему причиной известие о местонахождении Плантагенета?
Потом эти звуки заглушил хохот охранников башни, а потом загрохотали механизмы поднимаемой решетки. Значит, их выпускают! Послышался стук опускаемого моста через Северн. Милдрэд по-прежнему не шевелилась, когда возок чуть содрогнулся: это Метью вскарабкался на козлы. За ним легко вскочил Рис, потом взобрался мокрый до нитки Артур. Они еще и смеялись! Кто-то из охранников крикнул, чтобы их пригласили на крестины, а Рис ответил, что уж крестным отцом непременно надо сделать толстого Ульфрика, если тот доберется до Уэльса со своим больным коленом. И они опять хохотали, а Милдрэд дрожала от страха, холода и напряжения, безотчетно прижимая к себе теплый комочек Гро.
Колеса застучали по мосту, рядом бурлил Северн, полог фургончика грохотал под потоками дождя. Когда прозвучал раскат грома, один из мулов принялся реветь. Метью что было силы стегнул его, и они понеслись между домами предместья.
Артур подсел к Милдрэд и обнял ее за плечи.
— Считай, что спаслись!
Метью и Рис хохотали, как будто все происшедшее их только веселит.
— Как вам удалось уговорить Ульфрика выпустить нас?
Артур тоже расхохотался.
— Метью ведь приятели с Ульфриком, тот верит каждому слову своего лекаря, точно Метью по любому поводу клянется на Евангелии.