Итак, за час до рассвета он сделал все, что хотел. Он заставил ее исчезнуть, насколько это было возможно. Теперь ему оставалось только позаботиться о ней самой. Он вернулся туда, где оставил ее, чтобы выполнить эту часть работы. Как он сейчас сам признает, он уже принял решение. Он не собирался покупать ее молчание, он собирался получить его более верным способом — убить. Тогда ни одно звено в его цепи не порвется. Любой из подкупленных может не сдержать обещания, но никаких доказательств не останется.
Он поднялся в свою комнату, соседнюю с ее номером, и несколько минут просидел, не зажигая света, обдумывая свой план. Он понимал, что риск быть заподозренным в убийстве в данном случае значительно выше, чем в случае с вашей женой, но его заподозрят как неизвестного, который записался в книге под вымышленным именем, а не как Джона Ломбарда. Он намеревался догнать свой пароход, его здесь не увидят, так каким же образом удастся установить, кто он? Полиция будет подозревать «его» в убийстве, но никогда не узнает, кого именно «его». Вы понимаете, что я имею в виду?
Он вышел в коридор, подошел к ее двери и прислушался. В комнате было тихо, женщина спала. Он осторожно подергал ручку двери. Как он и ожидал, дверь была заперта, он не мог войти в комнату. Оставалась водосточная труба на стене между окнами, о которой он подсознательно помнил все время.
Он выглянул в окно. Штора у нее оставалась приспущенной, немного не доходила до подоконника, как и прежде. Он ловко и бесшумно выбрался из окна и поставил ногу на крепление водосточной трубы. Без особого труда дотянулся другой ногой до ее подоконника, перебрался туда и проскользнул в приоткрытое окно. Он не взял с собой никакого оружия — хотел обойтись голыми руками и постельным бельем.
В темноте он на ощупь подошел к кровати, протянул руки и плотно сжал их поверх одеяла, грудой лежавшего на постели, так чтобы жертва не успела вскрикнуть. Одеяло осело в его руках, под ним никого не было. Ее тут не было. Она исчезла. Она покинула отель так же неожиданно, как и явилась сюда. Она исчезла в предрассветный час, лишь немного полежав в постели. Два окурка, несколько крупинок пудры на столике перед зеркалом и смятая постель — вот и все, что от нее осталось.
Когда первый шок миновал, он спустился вниз и, теперь уже почти не таясь, расспросил о ней. Ему сказали, что женщина спустилась незадолго до его возвращения, сдала ключ и спокойно вышла на улицу. Никто не знал, куда она пошла, даже в какую сторону; было непонятно, почему она ушла, знали только, что она ушла так же таинственно, как и появилась. Его собственная игра теперь обернулась против него самого. Женщина, ради которой он не спал всю ночь и потратил сотни долларов, — и все для того, чтобы для вас, Хендерсон, она превратилась в призрак, — превратилась в призрак на самом деле, но уже для него самого. А этого он вовсе не хотел. Такая ситуация была опасна своей неопределенностью. Женщина могла появиться в любой момент и испортить всю картину.
Несколько часов, остававшихся до самолета, на котором Ломбард собирался догнать свой пароход, он провел как в аду. Он понял, насколько это безнадежно. Он знал, как теперь знаем и мы с вами, насколько сложно найти кого-то в Нью-Йорке, да еще за короткое время.
Он охотился за ней по всему городу с упорством маньяка, но не смог напасть на ее след. Прошел день, прошла вторая ночь, его время вышло. Он не мог оставаться дольше. Ему пришлось смириться и оставить все как есть. Топор, занесенный над ним, теперь мог обрушиться в любую минуту.
Он вылетел из Нью-Йорка на второй день после убийства, в тот же день пароходом местной линии преодолел расстояние от Майами до Гаваны и как раз застал там свой пароход, который зашел туда к концу третьего дня. Он объяснил корабельным властям, что в день отплытия сильно напился и опоздал на причал.
Вот почему он с такой готовностью откликнулся на призыв о помощи, который я послал от вашего имени, именно это ему и было нужно, чтобы бросить все и вернуться. Все это время он не чувствовал себя в безопасности и теперь получал возможность поставить точку в этом деле. Говорят, что убийцу обычно тянет на место преступления. Его притягивало сюда как магнитом. Ваша просьба о помощи давала подходящий предлог. Теперь он мог открыто вернуться и помогать «искать» ее для вас. И завершить охоту за своей жертвой, на что в первый раз у него не хватило времени. Удостовериться в том, что если ее и найдут, то только мертвой.