— Как тебя зовут?
— Можете называть меня Джейн или Анна, или как вы привыкли?
Тяжело вздыхаю. Да, такое, к сожалению, попадается сплошь и рядом. Всех слуг называют одинаково.
— А как твое имя? — немного давлю голосом.
— Флоренс, Ваша Светлость.
—Ты видела мисс Эмму, Флоренс? Молодую блондинку.
— Да, она внизу, отказалась от помощи в переодевании и прически. Если и вы откажетесь, то Его Светлость, точно кого-то из нас уволит, — теребит передник Флоренс.
— Ладно, но позже. Хочу поговорить с Эммой. Я позову тебя.
Спускаюсь вниз и слышу как ругается Гарри, бегу скорее в сторону кухни, потому крик идет оттуда.
— Я вас для чего нанял? Чтобы прохлаждаться в то время, как моя гостья готовит?
Захожу на кухню, а там Эмма стоит с ножом в руках, вжалась в угол, какая-то дородная женщина, дрожит, вытирает слезы, что-то лепечет, просит прощения.
— Гарри! Ну-ка быстро успокоился! Что тут происходит!
— Это из-за меня, миссис Гвендолин не виновата, — Эмма трясущейся рукой кладет нож на стол.
— Эмма, сядь. Успокойся! — смотрю укоризненно на брата, тот по-прежнему зол, но уже жалеет о своей вспыльчивости.
— Я нанял кухарку и трех горничных. И требую, чтобы они выполняли свои обязанности, иначе вылетят отсюда. А ты… Вы, мисс Эмма, гостья в моем доме, поэтому чтобы больше не видел вас с тряпкой в руке или с ножом в руках. Я надеюсь, всем ясно?
Мы все дружно киваем, а брат разворачивается и уходит обратно в кабинет.
Эмма утром была одета в простое домашнее платье, волосы забраны в обычный пучок. Одеть на нее чепчик и передник, и ничем не будет отличаться от горничных.
А всё дело было в том, что Эмма сама решила помочь миссис Гвендолин с готовкой и чистила овощи на обед, с завтраком кухарка справилась сама. А кухарка подумала, что Эмма одна из нанятых служанок, потому и отправила ее очистить овощи. Собственно, эту картину и застал Гарри.
14.
Люси.
— Эмма, — поднимаемся с подругой наверх по лестнице, в свои комнаты, — что на тебя нашло?
— Ты еще спала, чем мне было заниматься? Я дома всегда помогаю слугам, если мне вдруг становится скучно. Дома хотя бы книги есть, — вздыхает подруга.
— Так сейчас одеваемся, завтракаем и идем изучать городок, походим по магазинам, уверена книжная лавка должна быть. Заодно покажи мне свое платье для бала, — прошу я и тяну Эмму в ее комнату.
— Я не решила какое. Бал будет только завтра. И вообще, что мне делать на балу? Может, я лучше дома посижу, почитаю.
Смотрю на подругу, хлопая ресницами. Она же еще вчера буквально хотела! Там весело, наверное, много аристократов. Ее шанс! Впрочем о шансе грезит ее матушка, а не моя подруга.
— Эмма…
— Мне неудобно, Люси. Раньше я была только на академических балах и там тоже чувствовала себя не в своей тарелке.
— Глупости всё это! Сейчас на балах много различных мисс и мистеров, которые не имеют титулов, но также богаты, как твоя семья.
Некоторое время я изучаю гардероб подруги и достаю платье насыщенного зеленого цвета.
— Вот прекрасно подойдет к твоим глазам.
— Слишком открытое! Ты с ума сошла? Я вообще не понимаю, как это платье оказалось у меня в гардеробе!
— Подберем украшение, не переживай! Туфли надо красивые, но в то же время удобные…
— Люси, ты меня слышишь?
— Пойдем покажу, какое платье я взяла с собой! Стесняшка моя!
В моей комнате меня терпеливо, сидя на краешке стульчика, ждала Флоренс, увидев нас подскочила, сделала реверанс. Со всем этим скандалом, забыла предъявить Гарри, что он берет на работу вчерашних детей.
— Люси? Тебя Гарри выпустит из дома в таком виде?
— А ты думаешь, остальные девушки как будут одеты? Поверь, ты больше привлечешь к себе внимания, если оденешься скромнее.
После обсуждения бальных платьев, Флоренс помогла нам обоим одеться и причесаться, после чего мы спустились в столовую. Во главе стола уже сидел Гарри, как всегда, безупречно одетый. Он оторвал взгляд от газеты, кивнул нам и продолжил чтение, время от времени делая глоток кофе.
— Гарри, мы после завтрака хотим прогуляться по различным лавкам, посмотреть город, — начинаю я.
— Хорошо, я сегодня не смогу с вами пойти, поэтому вас сопровождать будет кто-то из горничных.
— Гарри, городок совсем маленький. И мы не поодиночке будем ходить, а вместе, — начинаю возмущаться я. — Спешу тебе напомнить, пока тебя не было пять лет, я как-то справлялась без постоянного присмотра за мной!