Она водила свою лошадь вдоль берега, понимая, что ей нужен отдых, но также она понимала, что ее видно с большого расстояния, так как везде, кроме южной стороны, простирались зеленые луга. На юге возвышались горные кряжи. Она пересекла их, когда подъезжала к озеру.
В тревоге она оставила свою кобылу у озера, а сама взобралась на холм. Как только она достигла вершины, услышала тихое ржание. Мгновенно она припала к земле. Потом подняла голову. По направлению к ней двигалась банда во главе с Робином Саважем — солнце переливалось в его волосах. Она скатилась вниз, вскочила и бросилась к своей кобыле.
Мгновенно оказавшись в седле, Теа галопом помчалась вокруг озера в укрытие леса. Когда она обогнула озеро, то услышала, что Робин выкрикнул ее имя. Страх заставил ее сильно пнуть кобылу ногой, и та миновала воду и скрылась в деревьях.
По обеим сторонам от Теи проносились коричневые стволы. Она рванула на себя поводья. Когда лошадь замедлила ход, она обнаружила, что окружена могучими дубами и находится в самом центре какого-то конного отряда. Она дернула за поводья. Кобыла остановилась, повернулась, и Теа взглянула в лица неподвижных мужчин. Сидя на лошадях, они таращили на нее глаза.
Успокоив испуганное животное, она увидела, как молодой человек, богато одетый в бархат и кожу, с волосами, такими же темными, как и ее собственные, отделился от группы и направился к ней.
— Госпожа Хант?
Она вздохнула и отозвалась.
— Вас послал отец?
Темноволосый предводитель усмехнулся.
— Maix, non, demoiselle . Но какая разница?
Француз. Боже милостивый, француз. Зачем этот француз искал ее? Пнув кобылу, она хлестнула ее и помчалась прочь от группы мужчин. Она выбралась из леса и сразу же наткнулась на Робина и его людей.
Она натянула поводья снова, но Саваж уже галопом мчался к ней. Прежде чем она смогла отклониться в сторону и выиграть время, он был уже рядом. Пока она боролась с кобылой, он заехал сбоку, наклонился и выхватил ее из седла. Она вцепилась ногтями в его лицо как раз в тот момент, когда француз со своей командой показался из-за деревьев. Саваж отбросил ее руки в сторону и взглянул на мужчин, которые направлялись к нему. Свистнув своим людям, он перебросил ее через седло и выхватил меч.
Из своего положения Теа могла видеть только лошадиные ноги. Она пыталась приподняться, но Саваж толкал ее назад. Она чувствовала, что он наклонился вперед, слышала лязганье шпор и утонула в шуме битвы. В глазах у нее закружилось. Лошади и мужчины кричали, в лицо ей летела грязь. Тело какого-то человека повалилось на землю. Вместе с ним опустились рука Робина и его меч.
Она видела, как он выдернул лезвие из тела, выругавшись. Его ноги напряглись. Жеребец встал на дыбы. Пока Юпитер молотил копытами воздух, она соскользнула. Робин подхватил ее, и они повалились на землю вместе.
Он ударился о землю, а она упала на него. Испуганная, она лежала неподвижно мгновение. Когда же попыталась двинуться, кто-то поднял ее с Саважа и положил на спину. Она открыла глаза и увидела перед собой кружащееся небо. Темноволосый француз навис над ней, и она тяжело задышала.
— Спокойно, demoiselle. Не нужно бояться меня.
— Р-робин.
— Это вот этот?
Француз отошел в сторону, и она увидела Саважа. Он лежал на спине, и из раны на виске сочилась кровь. Она оттолкнула человека и склонилась над Робином. Дрожащими руками она обследовала рану. Она не была глубокой, но кровь надо было остановить. Она разорвала свою нижнюю юбку, француз молча ждал. Вокруг пего люди подбирали раненых и искали заблудившихся лошадей. Обрабатывая рану, она огляделась и не увидела больше пленных. Люди Робина скрылись, и эта мысль обрадовала ее. Значит, еще возвратятся с подмогой. Она повернулась к французу.
— Можно воды?
Их взгляды встретились, он смотрел на нее важно.
— Это он похитил тебя?
— Он ранен.
— Attendez, demoiselle . Если ты хочешь помочь ему, ответь мне. Это тот самый, который похитил тебя?
— Да, да. Боже милостивый, теперь вы дадите мне воды?
— Oui, demoiselle .
Он подошел к человеку, ожидавшему неподалеку, и принес бутыль с водой. Не обращая больше внимания не незнакомцев, она промыла и перевязала рану Робина. Когда она закончила, француз оттащил ее от Саважа. Дав ей бутыль с водой, он подождал, пока она напьется. После этого он отвесил ей поклон, к которым она привыкла при французском дворе.
— Bienvenue, demoiselle. A votre service, s'il vous plait. Je suis Jean-Paul, Sieur de la Rochefort .
— Пожалуйста, я давно не говорила по-французски.
— Простите меня, — сказала он. — Demoiselle, Ее Величество королева Шотландии послала меня найти вас. Я благодарю Бога за ее доброту и за ваше спасение.
Размышляя, можно ли ему верить, Теа оглянулась на Робина. Он по-прежнему лежал без сознания. Может быть, и вправду был мертв.
— Мы должны забрать его в мой дом. Ему необходима помощь врача.
Жан-Поль слегка усмехнулся и покачал головой.
— Ma petite demoiselle , мы едем не в Англию, а в Шотландию.
— Но я хочу поехать домой.
Продолжая улыбаться, Жан-Поль взял ее руку и поцеловал, Потом он выпрямился, поднял правую руку и перекрестил Тею. Он забормотал что-то по-латыни, но прервался, взглянув на нее, и улыбнулся.
— Oui, demoiselle. Ты можешь называть меня отец Жан-Поль, если пожелаешь. Нет, мы не поедем дальше в страну еретиков.
Потеряв дар речи, она слушала, как он отдавал приказания своим людям. Прежде чем она успела что-либо сообразить, ее посадили на свежую лошадь, поводья которой держал Жан-Поль. Когда солнце двинулось к горизонту, он повел ее мимо озера и опять через холмы. Она оглянулась и обнаружила, что Робин привязан к лошади лицом вниз. Его голова покачивалась, глаза были закрыты.
Они ехали трое суток. Первые два дня Теа опасалась за жизнь Робина. Он так и не очнулся, не считая недолговременных проблесков, когда он бормотал в бреду что-то невнятное. С наступлением третьей ночи их завоеватели стащили Робина с лошади, к которой он был привязан, пока она ждала поблизости. Стащив его, мужчины кинули его на землю, как будто это было старое седло. Теа подскочила к обидчику и разбила ему губу. Жан-Поль вмешался, прежде чем раненый смог ответить. После этого священник велел своим людям быть поделикатнее с пленником.
В эту третью ночь они принесли его на простынях и оставили под ее присмотром. Она села рядом с ним на колени, сняла повязку с головы и прикоснулась к его лбу и щекам ладонью. Слава Богу, жара уже нет. Стоило ей убрать руку, он повернул к ней голову, вздохнул и медленно открыл глаза.
Моргая, он посмотрел на нее. Внезапно он схватил ее запястье и попытался сесть.
— Где… ах!
Он повалился назад, схватившись за голову. Грудь его тяжело вздымалась, он часто дышал. Край чужого плаща скользнул по его разорванному рукаву, и он снова открыл глаза.
— Ты очнулся. Bon . Видишь, ma petite . Я же говорил тебе, что он выздоровеет. У него крепкий английский череп. Я принесу немного похлебки.
Глаза Робина расширились, потом закрылись, и он снова вздрогнул. Теа приложила бутыль с водой к его губам, и он попил. Когда он отвернулся от бутылки, она велела ему лежать спокойно.
— Будь ты проклята. Что, черт возьми, дернуло тебя расправиться с моими людьми и смыться? Дрянная девчонка.
Он вернулся к жизни, и она могла снова его ненавидеть. Расправив плечи, Теа проговорила:
— Я лечила твою рану, пока ты был без сознания… милорд.
Робин начал было говорить, потом посмотрел на ее лицо и замолчал. Они не сводили глаз друг с друга.
— Как ты могла подумать…
— Оставь свой дурацкий акцент, милорд. Не морочь мне больше голову своими грубыми разговорами и непристойными выходками. Может, я и дура, но дура, которая поняла, что ее сделал посмешищем подлый шпион.