Вот только с каких же пор для меня приказы лорда Дарроу стали куда важней приказов моих собственных родителей?
— Кэтрин, ты не должна!..
Именно с этими словами влетел в мою комнату брат, когда я уже закрывала саквояж, в котором поместились мои вещи.
— А что я должна, Эдвард? — спросила я напрямую. — Позволить Дикой охоте добраться до меня? Не хочу.
Брат сжал руки в кулаки.
Хотя бы ему не пришло в голову оспаривать сам факт существования фэйри. Своим явлением Охотник очень помог мне: не пришлось доказывать моей семье вещи, которые для меня уже давно стали очевидными.
— Твоя репутация…
Нашел, чем пугать меня, право слово.
— Уже уничтожена, — признала я страшную правду. — И если ее беречь уже нет необходимости, тот я попытаюсь сохранить хотя бы жизнь.
Я старалась выбросить из головы все, кроме понимания, что мне нужно взять вещи, выйти из комнаты и покинуть дом.
— Мисс Уоррингтон! — окликнул меня из коридора лорд Дарроу.
— Я готова, милорд! — поспешно отозвалась я, подхватила саквояж и собиралась уже выйти из комнаты, но на моем пути встал брат.
Он совершенно точно не желал меня выпускать.
— Отойди, Эдвард, мне нужно идти, — попросила я, не глядя ему в глаза. Бесполезно объясняться…
Эдвард вырвал сумку из моих рук и отшвырнул ее прочь.
— Кэтрин, одумайся! — воскликнул он в отчаянии. — Ты не можешь!..
Ну как же мне рассказать ему… Как объяснить?! Я беспомощно глядела через плечо Эдварда.
— Могу. Пропусти меня, Эдвард. Ты же видел все… Только его милость может помочь мне, защитить… Ты хочешь моей смерти?
Его милости как раз надоело дожидаться меня, и он явился забрать меня лично.
— Мисс Уоррингтон, все-таки вы не способны в точности выполнять мои указания, — вздохнул мужчина, схватил брата за плечо и вытащил его из моей спальни.
Изумлению Эдварда не было предела: первый раз с ним обходились настолько бесцеремонно.
Выдворив в коридор досадную помеху своим планам, милорд подхватил мой багаж и произнес:
— Нам ведь все равно, откуда покидать ваш дом, верно?
Я улыбнулась ему и подтвердила:
— Совершенно верно, милорд.
Одно прикосновение к прохладному стеклу, которое в присутствии лорда совершенно перестало меня пугать, россыпь серебряных искр перед глазами — и вот я уже стою посреди смутно знакомой комнаты и буквально падаю в объятия мистера Оуэна и мистера Уиллоби, которые наперебой расспрашивают меня о моем самочувствии. А ведь оно отличное!
— Ну-ну, племянники, оставьте мисс Уоррингтон в покое, ей наверняка нечем дышать, — урезонил молодых людей лорд Дарроу. — Вижу, что вы уже привыкли звать меня в случае беды, мисс Уоррингтон.
Джентльмены, позабыв обо всяческих правилах приличия, и не подумали выпускать меня, а всего лишь ослабили хватку. Дышать стало немного легче.
— От этой привычки сложно избавиться, ваша милость, — счастливо выдохнула я, ощущая спокойствие и радость. Будто и не было всего этого ужасного вечера.
Мистер Оуэн и мистер Уиллоби потребовали у нас полного отчета, а, получив его, чрезвычайно развеселились.
— Теперь тебе бы следовало жениться на мисс Уоррингтон, дядя, — заявил со смехом мистер Уиллоби, догадавшийся все-таки усадить меня в кресло. — Страшно подумать, что вообразили ее родные… Ну, помимо того, что ты ужасный колдун, который сгубил их дорогую девочку. Во всех смыслах этого слова. Они ведь еще и обвинить тебя в похищении могут.
Разумеется, его милость вовсе не был впечатлен таким поворотом дел. Верно, кто такие Уоррингтоны? И что они могут противопоставить всемогущему лорду Дарроу?
— Конечно, попытаться обвинить они могут, — согласился мужчина, вздохнув. — А вот что из этого выйдет — уже другое дело.
И тут я решила сообщить о злосчастном письме.
— Кто-то сообщил родителям о произошедшем в столице. Теперь меня считают падшей женщиной… Отец в ярости. И Эдвард…
Не то, чтобы меня пугало это… Признаться, теперь мне уже было все равно…
— Значит, стоит поторопиться со свадьбой, не так ли? — пожал плечами мистер Оуэн. — А теперь нам лучше выпить чаю, успокоиться…
В последний момент я спохватилась.
— Охотник. Он ведь угрожал моим родным. Сказал, что если я не пойду с ним, он убьет их всех!
Его милость посмотрел на меня, не скрывая недовольства, я всхлипнула как можно жалобней, пытаясь воззвать к его сочувствию. Ну, или к милосердию.
— Хорошо-хорошо, — махнул рукою мужчина, — уберечь вашу семью куда проще, чем вас саму…