— Лучше не надо! — Вскинула руки в притворном ужасе. — Если ты сейчас посадишь мотор, нам придётся до Инги по колено в снегу добираться.
Как в воду глядела.
Машинка фыркнула, крякнула и забуксовала. Саша нервно подёргала её из стороны в сторону, и Ауди, преодолев занос, всё же тронулась с места, но лишь затем, чтобы секунду спустя снова завязнуть. Уже окончательно.
— Застряли? — без особого сожаления спросила Маша. Теперь, когда до друзей было рукой подать, она не видела в вынужденной остановке особой проблемы.
— Дашка! — Рассвирепевшая Александра развернулась ко мне. Я же, как назло, никак не могла справиться с собой и сдержать улыбку. — Кто тебя за язык тянул?
— Я просто констатировала факт, — невозмутимо ответила подруге, борясь со смехом.
— Пожалуйста, Ланская, — взмолилась Саша, — когда ты в следующий раз решишь каркнуть нечто подобное, сперва подумай, чем это может грозить.
— Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся, — процитировала Тютчева. — Успокойся, Саш. Лучше фонарь поищи. Надеюсь, он у тебя есть?
— Есть, — буркнула Александра. — В багажнике.
— Отлично. — Я первой открыла дверцу, высунулась из машины, получила охапку колючего снега в лицо и, враз растеряв всю решимость, спряталась обратно.
— Какая мерзость!
— А всё потому, Дашенька, — пропела приободрившаяся Соколова, — что у нас тут тебе не Европа, а суровый Урал. По погоде одеваться надо.
Это она на моё пальто сейчас намекнула. Красивое, до безобразия дорогое, но совершенно неподходящее для прогулок в морозную, продуваемую всеми ветрами ночь.
Кто бы говорил да только не Сашка. Забавно будет посмотреть, как она станет через сугробы на шпильках прыгать и пятую точку морозить. Её короткая курточка греет не больше моего пальто. Одна Машка у нас умная, а потому утеплённая по погоде.
— Давайте выбираться, что ли? — Я собралась с духом и всё-таки вылезла из машины. Маша выскочила следом.
Александра, секунду помедлив, присоединилась к нам. Сгибаясь под порывами ветра, она кое-как пробралась к багажнику. Долго копошилась в нём, чем вызвала мои подозрения. К счастью, не оправдавшиеся.
Фонарь Сашка всё же нашла, после чего поставила машину на сигнализацию и объявила:
— Всё! Можем идти.
— Боишься, машину угонят? — подколола подругу. — Зря. Она тут до лета завязла, если, конечно, дорогу не расчистят, в чём я сильно сомневаюсь.
Александра собралась ответить, но её опередила Маша:
— Хватит спорить! Пошлите, скорее. Я есть хочу.
— Нормальные люди хотят в тепло, — засмеялась Александра, — а наша Машенька всё о еде.
— Помолчи, Соколова. — Пихнула подругу в спину. — Я тоже есть хочу. Иди давай.
— Легко сказать иди, — возмущалась Саша, увязая в снегу и с трудом вытаскивая шпильки. Уже через минуту она продрогла, зубы её начали стучать от холода.
— В сосульку не превратись, — фыркнула я, бросая плотоядный взгляд на тепло укутанную Машку. В городе наряд Ротовой казался мне забавным, но теперь я оценила все преимущества дутого пуховика и косолапых унтов.
Сама я шла с высоко поднятой головой и видом Снежной королевы, осматривающей свои владения. Старалась как могла ничем не выдать своего состояния. С трудом придавала голосу бодрые интонации, а сама между тем едва шевелила заиндевевшими губами.
Маша единственная не обращала внимания на холод. Впрочем, на нас она тоже не смотрела. Гораздо больше её волновал посёлок.
— Что-то здесь не так, — сказала она и остановилась. — Вы ничего не замечаете? — Маша обернулась к нам с Сашкой, плетущимся позади неё.
Так и не дождавшись ответа, Ротова пояснила:
— Почему во всём посёлке свет горит только в одном доме?
— Какая разница? — пропыхтела Саша. — Спят, наверное, все. Это же деревня.
— Нет, сейчас ещё не так поздно, — не приняла такой ответ Маша.
— Да и Озерки — это не деревня, а коттеджный посёлок, — задумалась над словами подруги я. — Выглядит подозрительно. Маша права.
— Ой, да какая разница! — вскипела Александра. — У них из-за метели электричество вырубило, наверное.
— Возможно, — согласилась я. — Звучит разумно. Только почему они все в темноте сидят? Генераторы-то у них есть. Или свечи хотя бы.
Александра приняла мой вопрос на свой счёт.
— Что вы ко мне пристали! Может они телевизоры смотрят. Зачем им свечи?
— Так ведь если у них света нет, то и кина нет, — хихикнула Маша. — Электричество же кончилось!
— Да ну вас обеих! — разозлилась вконец Соколова и ускорила шаг, обгоняя Машу. — Сколько можно плестись?! Ланская, Ротова, прибавьте скорость! Иначе вы так до утра тащиться будете. Ай! — Александра оступилась и по пояс провалилась в сугроб. Фонарь, дающий хоть какой-то свет, улетел в неизвестном направлении и погас.