— Так что, капитан, мистер Баттонс — девчонка?
— Иди вниз, дурак, — приказал Рэкхэм. — То, что здесь происходит, не твоего ума дело.
Матрос не двинулся с места, чтоб исполнить приказ капитана.
— По–моему, это нарушение правил, — сказал моряк. — Мы сделали исключение в случае с миссис Бонни, но мы не давали вам права устраивать здесь гарем. Если Баттонс женщина, она должна прийти к нам.
— Ты слышал меня, — взорвался Ситцевый Джек. — Я приказал тебе идти вниз.
— Я слышал вас, капитан, но я не слышал ответа на свой вопрос. Правила прямо говорят — первая баба тебе, следующая — матросам. Если Баттонс девка, и, по–моему, достаточно крепкая для этого дела, ее надо отдать нам.
Баттонс Рид вышла в свет фонаря. Она посмотрела с палубы на матроса и спросила:
— Кто это собрался мне указывать, куда мне идти?
— Это по правилам, мистер, то есть… мадам, и мы больше не позволим обманывать нас.
Он положил руку на плечо второго помощника, но тут же пожалел об этом. Баттонс нанесла ему удар в челюсть, мощнейший удар. Кулак мелькнул словно молния. Матрос растянулся в полный рост на палубе, рухнув у гакаборта. Баттонс не стала добивать его, поскольку в этом не было необходимости. Она одним ударом вышибла из моряка все «морские законы», и он не пытался подняться, чтобы свалиться снова от нового удара.
Баттонс подошла к заграждению и посмотрела в темноту. Она слышала бормотание и дыхание матросов, шептавшихся внизу, они с удивлением расспрашивали друг друга. С минуту она послушала, а затем крикнула:
— Эй, это говорю я, женщина, переодетая мужчиной. Я всегда так одеваюсь, и если кому–то из вас это не по вкусу, пусть подойдет и скажет об этом. Я поговорю с ним, как поговорила с тем, кто уже валяется на палубе. Я женщина, и я снова повторяю это, но как матрос я лучше, чем любой из вас. По местам! Сейчас же!
Она подошла к матросу, которого она свалила наповал, пнула его ногой и отправила вниз по лестнице. Пока парень с трудом ковылял вниз по трапу, она осветила фонарем палубу и проследила, чтобы все матросы разошлись по местам. Затем она повернулась к Ситцевому Джеку и Энн Бонни и обратилась к матросу у руля:
— Отдай руль капитану и иди вниз. Я позову тебя, когда ты мне понадобишься.
Джек покорно взялся за руль, а матрос, вздохнув с облегчением, спустился по трапу.
— А теперь выскажусь я. Я решила покинуть «Злой», хотя я люблю этот корабль, причем значительно больше, чем его капитана и подругу капитана. Да, я очень люблю его и не хочу уходить отсюда. Со мной, как с мужчиной покончено, а баб я не уважаю, поскольку они способны только развлекать мужиков. А я от мужиков не в восторге, они глупы, у них на уме только ром да шлюхи. У меня нет охоты связываться с этой толпой негодяев. Я не собираюсь устраивать бунт. Но и вы не будете мне мешать. Я стану капитаном этого корабля и буду командовать им до тех пор, пока мы не захватим судно, которое мне понравится. Тогда я передам Джеку командование «Злым», наберу команду и займусь собственным промыслом. Вот мой план. Капитан Рэкхэм, думаю, что вы согласны. И мадам Бонни, и все матросы на борту «Злого».
— Это бунт, — значительно проговорил Джек Рэкхэм.
— Ты играешь со смертью. — Баттонс пристально посмотрела на Ситцевого Джека. — Я поплыву туда, куда мы и собирались сегодня вечером. Я собираюсь атаковать каждый корабль, который нам встретится, никого не пропускать. Это значит, что «Злой» станет более агрессивным, а не будет лениво шляться по волнам тебе в угоду. И вся команда поддержит меня! Мадам Бонни останется в своей каюте. Если ей надо подняться на палубу, пусть гуляет внизу. Тебе может не нравиться мой план, мастер Рэкхэм, но раз теперь все знают, что я женщина, то я должна все сказать. Тебе не придется долго меня терпеть, потому что мне на тебя наплевать. Не мешай мне, и через неделю «Злой» снова будет твоим.
Баттонс выкрикнула приказ, и вахтенный вернулся на свое место.
— Теперь ты знаешь, что я женщина, — сказала она рулевому, — но я не для вас. И при первых же признаках неприятностей я не буду терять времени и первого, кто сунется, изобью до смерти.