Девушка, которая сейчас находилась в «Туманке», перестала рассматривать все вокруг и плавно подняла руку к крышке для того, чтобы ее открыть. Она устала ничего не делать. Даже если это просто находиться на одном месте.
Бездействие было не то, что сейчас было ей необходимо. Соне нужны были ответы, которых у нее не было, но они могли быть у других.
Дождавшись, пока капсула откроется, девушка аккуратно вышла наружу. Остро ощутив, как ноги соприкасаются с чуть прохладным полом стерильно белого цвета, что на мгновение заставило ее замереть. Преодолев первый шаг, за ним последовал следующий, такой же плавный и бесшумный.
Она ступала тихо, чтобы ненароком не разбудить спящего мужчину. Обойдя по кругу смотровой стул, который временно стал кому-то кроватью, девушка добралась до одной из дверей, за которой, она уже знала, находился душ.
Проскользнув туда, Соня скинула халат, который был накинут на ее плечи, и позволила себе окунуться в мгновения, когда вода смывает все. Она смывает горе, радость, печаль, разочарование, одиночество, утрату. Вода была лучшим лекарством, которое могло ей помочь и отрезвить ее. Вода для неридианки была своего рода проводником, который помогал ей скинуть всю тяжесть навалившихся эмоций, которые она получала с момента обретения своего дара и по сей день.
Может, Соня и была временно эмоциональным инвалидом, но соблюдение самого ритуала очищения очень способствовало поднятию ее морального духа. Привычная вещь, которую она проделывала далеко не в первый раз, несла за собой нотки спокойствия и равновесия, которого ей сейчас так недоставало. Омовение смывало все то, что сейчас Соня была не в состоянии ощутить и испытать.
Закончив все процедуры в душе, девушка специально не стала пользоваться программой сушки, а схватила с полки пакет с формой, которой задала необходимый цвет и размер. Форма была стандартной и привычной, что очень облегчало дело. Необходимость куда-то переться для того, чтобы найти себе конкретную форму, отпадала моментально, что очень упрощало жизнь не только студентам, но и врачам.
Облачиться в синюю форму было делом минуты. Перекинув мокрые волосы за спину, тем самым почти моментально намочив спину, она открыла входную дверь и босиком вернулась в главное медицинское помещение, где до этого находилась.
Дорожка капель, которая стекала с ее волос, была видна только на расстоянии метра, все остальное пол успел уже впитать.
Удобно – особенно в таких местах, как медблок, где уборка за пациентом и любыми его жидкими выделениями, будь то кровь, моча или другие органические отходы - ранее занимала львиную долю времени персонала.
Хорошо, что ее не поместили в стандартный медблок, который был рассчитан на множество больных, и ей не пришлось сейчас беспокоиться о своем внешнем виде перед другими.
Анис уже не спал. Он сидел в кресле, которое поменяло немного форму, чтобы его обладателю было удобнее. Было видно, что Анис все еще находится далеко не в лучшем состоянии и не в лучшей форме, но даже то, что он проснулся, было для него большим достижением в его то состоянии.
Мужчина ждал ее.
- Привет… - почти шепотом произнес он. – Как ты себя чувствуешь? Я не услышал, как просигналила «Туманка». Ты давно вышла?
Как же много вопросов для нее одной!
Привет. – совершенно бесцветным голосом ответила она. – У меня откат, и сейчас я не в состоянии ничего испытать. Это не образно, если что. – решила уточнить она. – Я пришла в себя недавно, ты спал, и я не стала тебя будить.
Решив обозначить все, что потом как-то может повлиять на их дальнейшее общение, сразу, было самым необходимым делом, которое она совершала после каждого отката и которое вошло в стадию рутины для них обоих.
Хорошо, что такая черта, как логика, человечность и разум в момент отката не отключаются и Соня не превращается в подобие робота, которым глубоко наплевать на все и всех.
Понял. Тогда вопрос о том, что ты чувствуешь, я задам потом. – То ли пошутил, то ли рассуждал он в слух. – Последние пару дней выдались тяжёлыми, я замотался и не услышал сигнала, но теперь, когда ты наконец очнулась, я проверю твое состояние.
Мужчина встал с кресла, и до того, как Соня успела сообразить, что происходит, Анис притянул ее в свои объятия. Он не пытался к ней приставать. Это были объятия поддержки, в которых нуждался прежде всего он сам.