Он был страстным, и Соня не стеснялась отвечать на все его порывы. Их губы и тела переплелись. Соня закинула ноги назад и соединила их вместе, чтобы не столько повиснуть на Анисе, сколько не позволить ему отступить. То ли Анис в силу своей природной сверхсилы не почувствовал ее веса, то ли просто в процессе бушующей страсти не обратил на это внимания, но Соня перекинула весь свой вес на его сильные плечи и пользовалась этим. Они поочередно нависали друг над другом, пытаясь отвоевать завоеванную территорию. Они истязали друг друга. Анис покорял и властвовал. Он наказывал за ее выходку, но при этом так аккуратно поглаживал ее по волосам, шее и плечам, что контраст эмоций, испытанных нерой, был потрясающим. Соня в свое же время не отставала. Она гладила, кусала, а потом зализывала свои же укусы.
Это была борьба на грани. Никто не хотел уступать.
Поцелуи обещали превратиться в нечто совершенно большее, и так, скорей всего, и произошло бы, если бы у Аниса не сработал вызов на наручном браслете. Он его успел отклонить, но это позволило ему взять себя в руки. И хотя Соня, так же как и Анис, хотели закончить начатое, мужчина отодвинулся, все еще держа на весу хрупкое и так им любимое создание. Они могли находиться в этой позе вечно.
- Ты действуешь нечестно! Искушаешь! – то ли обвинил, то ли капитулировал тетро.
- Если только чуть-чуть! – не стала отнекиваться Соня. Тело ее немного подводило, и объятие Аниса было сейчас как никогда кстати.
- Соня... - простонал мужчина. Ему приходилось прилагать титанические усилия, чтобы не сорваться и не наброситься с поцелуями на ту, которая сейчас так естественно и правильно чувствовалась в ее руках.
Звонок повторился, и Анису пришлось отпустить девушку, а затем и вовсе удалиться в соседнее помещение для того, чтобы ответить на него. Разговор явно затягивался, и, прождав еще полчаса, Соня оставила записку на одном из листов, которые лежали на столе, а затем и вовсе удалилась в каюту, чтобы там с улыбкой на лице уснуть.
Глава 10
Неудовлетворенность, хотя и мучила Соню большую часть ночи, но не мешала ей вспоминать каждый миг, которые ей довелось пережить сегодня. Уснув только под утро, Соня даже не сильно расстроилась, проснувшись разбитой. Это того стоило, и не важно, что она сейчас жутко устала и сегодня ей предстоит отправиться на ту часть практики, где им обещали их погрузить в криокапсулы на последующие полгода.
Соня даже подумала, что то время, которое ей не удалось поспать сегодня ночью, она сможет компенсировать на протяжении этой практики. Как наивно было думать так, девушка узнает уже спустя несколько часов, но пока витая в заблуждениях, можно было и пофантазировать.
Как раз перед инцидентом в душе Соне удалось завершить последнюю психологическую проверку на вменяемость. После практики, которая носила название «Убой», а также являлась таковой, Соня наконец-то была готова приступить к той части, ради которой все универсалы страдали последние годы.
Начало дня, как всегда, началось с физической нагрузки, которую они воспринимали как легкую разминку для того, чтобы привести мысли в порядок и проснуться. Уже давным-давно для всего потока универсалов начало дня, которое они были обязаны проводить на разминке, перестало доставлять хоть какие-то затруднения. Физическая подготовка все еще проводилась на среднем уровне среди всех потоков, а учитывая, что сейчас эти потоки состояли из всех подвидов защитников, то Соне приходилось только удивляться, насколько упрощенная программа у всех остальных.
Разница между ними и ближайшим к ним направлением – разведчиками – была колоссальной. То, что они способны вынести уже сейчас, даже и не снилось тем, кто обучался на соседнем потоке.
Так как им было запрещено распространяться о том, как проходит их обучение, то сплетен по этому поводу было много. Только глупец не мог заметить, насколько колоссально отличается подготовка между универсалами и теми же атакующими. И хотя большинство даже не знали, что те же разведчики разделены на два разных потока, но даже они могли видеть, насколько невероятна разница между теми, кто присутствовал на той же физической подготовке каждое утро.
Трудно ли разглядеть разницу, когда весь поток уходит с занятия полуживым и только небольшое количество гуманоидов, которых всегда замечают вместе, по завершении урока отправляться в столовую, как будто все это время они вели светскую беседу и попивали легкий чай, пока остальные рвали, жили и выкладывались по полной.