— Амаэль может замораживать само время, — гордо заявила его невеста. — Может остановить целую армию.
Но я и сама видела его дар в действии. Как он остановил толпу, желающую сжечь меня на костре.
— Тебя он тоже замораживает, — напомнила я.
— Да. — плечи эльфийки грустно поникли. — Это было его решением. Он замедляет отмеренное мне время. Я просыпаюсь всего на час-два в день, чтобы пожить.
— Странная это жизнь.
— Я не жалуюсь. Лишь надеюсь, что Амаэль спасет меня. Ну и страшусь немного, что каждое подобное пробуждение может оказаться для меня последним.
Б-р-р. Не хотела бы я испытывать что-то подобное даже ради королевской любви. На этом моменте мою ведьминскую суть начала жрать совесть. Я тут со своими расспросами, а Юри пора спать, между прочим. Поэтому я отвела ее назад, в кабинет Амаэля. Тем более что узнала я гораздо больше, чем из книги. Осталось все это упорядочить и обмозговать. У меня даже возникла такая возможность: король пошел «усыплять» невесту, а я осталась в кабинете одна.
Потопталась возле дивана, прогулялась к массивному письменному столу. Ничего не могла с собой поделать, в движении мне думалось лучше.
Вывод первый: Юриэль не будет сильно мне мешать в охмурении короля, она просыпается ненадолго. Вывод второй: я пока что ни на шаг не приблизилась к пониманию, что такое эти проклятия. Если рассматривать его как проблему, у каждой есть решение. Уверена, проклятия не исключения. Это не какой-нибудь мор, иначе бы, покидая королевство, эльфы спасались, а не погибали. Это было похоже на массовый гипноз. Будто все одновременно поверили в слова той ведьмы. Как современный человек я понимала, что такое вполне вероятно. Мне оставалось — что?.. Убедить целый народ в том, что ни они, ни их король вовсе не обречены? Разгипнотизировать их?
— Что ты решила, ведьма?
Я даже подпрыгнула от неожиданного, заданного бархатным голосом, вопроса Амаэля за моей спиной. Он так тихо подошел? Или это я слишком залипла в собственных мыслях?
— Ты же ушел с Юриэль, — упрекнула я обиженно. Сердце стучало в груди слишком быстро и оглушительно. — Думала, что вы еще целоваться будете!
Вот на работе я всегда собрана и в стрессе соображаю хорошо, а в отношениях почему-то всегда туплю страшно. Зачем предлагать королю лишний раз облизывать невесту?
— Ты бы предпочла, чтобы я целовал другую? Например, тебя?
У меня галлюцинации, или он действительно предложил поцеловаться мне? Все умные мысли про проклятие и массовый гипноз сделали «уфь» и сдулись, как проколотый воздушный шарик. Я подумала, что брежу, особенно, когда король шагнул ко мне вплотную, обволакивая своим древесно-пряным ароматом.
— Разве не за этим ты увела Юриэль?
— Нелогично, — выдохнула я буквально в строгие сжатые губы. — Логичнее было бы увести тебя.
А он даже не улыбнулся на шутку, только склонился надо мной, вроде как предлагая сделать первый шаг. Или проверяя?
— Я же вижу твой взгляд, ведьма. Ты его с меня не сводишь.
Заметил? Я сглотнула и облизнула пересохшие губы.
— А ты сводишь? — Лучшая защита — нападение. — Может, поэтому ты «разморозил» свою невесту и целовал ее, зная, что я могу вернуться в любой момент? Что, встреча с ведьмой разбудила твое либидо?
— Либидо? — нахмурился король, сверкнув горько-шоколадными глазами.
Я не собиралась объяснять, потому что либидо было самым невинным словом из всех, чем я могла это назвать. Пока до него доходило, я попыталась отодвинуться. Мне не позволили, и придвинули назад. Горячие пальцы ожогами скользнули по моим плечам.
— Давай проверим, — предложил он уверенно-агрессивно. — Чей поцелуй мне понравится больше.
Глава 19
По мне будто огненная волна прокатилась. Возбуждающе-жаркая, находящая отклик в каждой клеточке моего тела. Стало нестерпимо горячо, нестерпимо волнующе. Больше всего на свете я хотела узнать, каковы на вкус губы моего эльфа. Если же от одного прикосновения я сама превращаюсь в костер, то поцелуй, наверное, будет подобен извержению вулкана. Не говоря уже о постели. Никогда и ни с кем я не испытывала ничего подобного даже не от прелюдии, просто от нахождения рядом. Близко-близко. Я таяла от королевского предложения проверить, как мы подходим друг другу. Испытывает ли он то же, что и я? Эту тягу, это предвкушение. Желание.
Наше дыхание смешалось, и его губы накрыли мои раньше, чем я успела додумать то, что еще думалось. Потом вообще не осталось никаких мыслей. Все из головы выпало под этими прикосновениями. Мне казалось, что это будет что-то страстное: все-таки Амаэль мне буквально угрожал поцелуями. На деле его губы оказались удивительно мягкими, а касание легким, он словно пробовал меня, как незнакомый десерт. Уверенно, но при это дразняще. Будто испытывал и хотел посмотреть на мою реакцию: оттолкну или позволю пойти дальше. Если можно было действительно растаять, я бы стекла лужицей к королевским ногам, но колени у меня слегка подкосились. Чтобы не упасть, я скользнула ладонями по его груди, кончиками пальцев ощущая твердость его тела, закинула руки ему за шею и сама подалась вперед, раскрываясь. С моих губ слетел стон, когда мой эльф скользнул языком в мой рот, продолжая дразнить. Но и я не собиралась изображать бревно, сразу сдаваться. Дразнила языком в ответ, кусала нижнюю губу, увлекая его в не менее манящий поцелуй.
Я хотела, чтобы Амаэль больше ни с кем меня не сравнивал. А если и сравнивал, сравнение отныне было в мою и только в мою пользу. Чтобы поцелуи эльфийки теперь казались ему пресными и скучными. Без огонька. Я была водной ведьмой, но, по ощущениям, сейчас превратилась в огненную. Мы оба превратились в огненный вихрь. На коже вспыхивали искры, ток бежал по моему телу, и не только я это чувствовала. Удивительная тонкость эльфийских нарядов и тесные объятия позволили мне почувствовать и мужскую реакцию тела Амаэля.
Да тут к ведьме не ходи! Он хотел меня так же сильно, как его хотела я. Но все равно не готова была наплевать на собственные принципы: сначала поцелуи и ухаживания, затем переход в горизонтальную плоскость. Амаэль мне не на раз, а навсегда. Поэтому, когда король с грудным стоном подхватил меня, лаская, и попытался пристроить на диване, я уперлась ладонями ему в грудь.
Амаэль отстранился, тяжело дыша и ошалело глядя мне в глаза, в глубине которых плескалось возбуждение и нечто темное, горько-шоколадное. Такое опасное. На мгновение мне показалось, что он меня все-таки завалит на этот диван, особо не спрашивая, и с легким ужасом поняла, что эта мысль для меня не менее возбуждающая. Как будто в меня действительно вселилась ведьмина сущность, жаждущая острых необычных ощущений.
Мы оба задыхались, пытаясь осознать происходящее. Силясь предугадать, что будет дальше. Как себя поведет другой. Но потом Амаэль все-таки отодвинулся первым. Потянул меня наверх и отступил со словами:
— Я прошу прощения, ведьма. Подобные проверки недопустимы с моей стороны. Это больше не повторится.
— То есть как не повторится⁈ — Я хотела сказать это в собственных мыслях, но получилось вслух. У меня это просто вырвалось от разочарования. Нет, я конечно согласна, что нам сейчас надо немного успокоиться, прийти в себя, но чтобы совсем ничего не повторять — на это я не рассчитывала.
— Я верен своей невесте, и по-прежнему не отказываюсь от собственных слов — ты можешь выбрать любого моего свободного подданного себе в мужья.
Меня словно из ведра окатили холодной водой. Спустили с небес на землю. Не такого продолжения я ждала. Благородный ты мой! И сейчас это был не комплимент, а самый настоящий сарказм.
— А если я выберу тебя? — я вздернула подбородок и тоже посмотрела ему в глаза.