Амаэль много знал о кровожадности ведьм, но с трудом верилось, что это Яна сотворила с Конором.
— Это сделала ведьма? — уточнил первый советник, впрочем, не стремясь помогать сыну. Его гораздо больше интересовала информация.
— Ведьма⁈ — Глаза у Конора расширились. — Нет. Демоны.
Эта весть заставила присутствующих здесь гвардейцев заволноваться.
— Демоны в самом сердце нашего королевства? — озвучил Амаэль общую мысль, не до конца осознавая слова портальщика. Демоны? А как же Яна? Яна в сговоре с демонами?
— На границе, — снова прохрипел Конор, и в глазах его теперь мелькнула вина.
— Ты отвел мою ведьму на границу с демонами⁈ — зарычал Амаэль, схватив портальщика за ткань туники. — И что дальше?
— Они схватили ее. Наверное. Я потерял сознание раньше.
— Она искупалась в море?
Глупый вопрос для всех остальных, важный — для Амаэля. Вернула ли Яна свою силу, или она по-прежнему беззащитна?
— Не знаю. Прости, мой король.
Это было все, на что его хватило. Конор снова провалился в беспамятство. Амаэль же готов был рвать и метать, потому что горький вкус вернулся с удвоенной силой. Разве что сейчас разочаровывала его не ведьмочка, которую он знал всего ничего, а собственный друг, побратим. Но сейчас не время разбираться с Конором, он решит, что с ним делать, позже.
Надо спасать Яну.
— Узнайте, где именно на них напали, — приказал он следопытам. — Мы идем за ведьмой.
Яна
В эльфийском дворце мне обычно спалось хорошо, матрас там был идеально упругим, белье шелковым и приятно-прохладным, мои комнаты — достаточно теплыми. Не знаю, кто там создавал микроклимат, но он был словно подогнан под меня. Бывает же такое. Но в этот раз мне было жарко, душно, а кожа чесалась то ли от пота, то ли от песка. Для девушки, которая без душа спать не ложиться, это было еще более странным. Только разлепив глаза, я вспомнила, что меня вообще-то похитили, а увидев языки пламени возле своего лица, чуть не заорала в голос.
Что поделаешь? У меня психологическая травма после неудавшегося сожжения! К счастью, неудавшегося.
Пламя оказалось не костром, точнее костром, но не тем, на которых сжигают ведьм-неудачниц. Он располагался посреди ничем не примечательной хижины и был обложен кирпичами. Когда сердце перестало биться, как бешенное, я поняла, что это камин и плита для приготовления еды два в одном. Еды, правда, там не было, но согревающее тепло, если не сказать — жар, был.
Я замотала головой и наконец-то заметила сидящего в углу человека. Он сидел так тихо и неподвижно, что сошел бы за восковую скульптуру в темном капюшоне. Но стоило мне очнуться, зашевелиться, как он тоже ожил, откинул капюшон за спину и врезался в меня взглядом кроваво-красных глаз. Я охнула, догадавшись, что сидящий напротив меня мужчина не человек. В его внешности я смутно уловила тех тварей с побережья: острые уши, лысая голова, острые скулы, эльф наоборот. Демон. Но еще больше меня напугал оскал его острых зубов и его слова:
— Здравствуй, Шаенна! Давно не виделись, ведьма.
Потому что случилось то, чего я больше всего боялась. Я встретила того, кто знал Шаенну. Судя по его недоброму лицу, того, кто собирался свернуть ей шею.
Глава 24
Перед глазами потемнело, сердце забилось где-то у горла: я готова была поймать самую настоящую паническую атаку или ататическую панику, кто ее разберет. Первым порывом было начать оправдываться и объяснять, что я не Шаенна. Все-таки мужик жуткий, таким зубастым лучше объяснять все сразу. Но я мысленно заставила себя если не успокоиться, то хотя бы собраться. Этот демон считает, что я Шаенна. Могущественная ведьма этого мира. Поэтому и вести тебя надо соответствующим образом. Не пасовать даже перед такими зубастыми. Тем более перед такими зубастыми!
— Не припомню тебя, — пожала плечами я.
Демона перекосило сильнее: если предыдущее выражение его лица могло сойти за улыбку, то сейчас я его, кажется, разозлила.
— А моего родного брата, принца Бладлейна, ты тоже не помнишь?
Так, если брат этого чудовища — принц, то и чудовище тоже принц. Не знаю, как насчет самой Шаенны, но мне в этом мире явно везет на монарших особ. Другое дело этот принц, который в отличие от моего эльфийского короля совсем мордой не вышел. Жуткий он.
Соображала я быстро. Что мне оставалось? Я решила придерживаться одной линии поведения, то есть вести себя так, как в моем представлении вела бы себя настоящая ведьма. Нахмурилась, потом посмотрела демону прямо в глаза.
— Должна?
Моя интуиция меня подвела: демон с глухим рычанием подскочил и в мгновение ока оказался лицом к лицу со мной. В глазах его зажегся самый настоящий огонь, грозящей сжечь все вокруг дотла. На секундочку показалось, что он меня ударит, либо раскроет пасть пошире и откусит голову. Вишенкой на торте стал упавший на землю плащ и раскрытые кожистые крылья как у летучей мыши или птеродактиля.
Я не то что язык прикусила, я от такой жути его чуть не проглотила.
— Должна⁈ — по-змеиному прошипел демон. Не демон, а василиск какой-то! — Может, ты забыла, что благодаря твоим интригам он пошел против самого темного дракона⁈ Ты сделала так, чтобы он проиграл! Погиб в драконьих землях!
Интриги? Видимо, у них игра такая: во всем обвинять ведьм. Даже обидно за Шаенну стало.
— Вот не надо на меня вешать всех дохлых демонов, пожалуйста, — возмутилась я. — При чем здесь я и его вражда с драконами? Если он проиграл, значит, был не в форме. Зачем мне это?
Я хотела доказать, что незачем, но у демона был ответ.
— Ради его тела, конечно же.
Мои глаза широко распахнулись, а сама я поперхнулась. Если его братец такой же «красавчик», то вкусы на мужчин у Шаенны весьма специфические.
— Между нами ничего не было, — призналась я. Даже не солгала, потому что между мной и принцем… Бладлейном, кажется, точно ничего не было.
Демонический принц нахмурился, залип, словно пытаясь меня понять.
— Конечно, он бы не позарился на ведьму, — высокомерно выдало чудовище. — Он помешался на фениксе. Но ты выкрала его труп!
То есть, когда он говорил про тело, он имел в виду тело-тело. Это уже зомби-магия какая-то!
— Зачем мне это? — выдохнула я, но даже по взгляду демона поняла, что получилось неубедительно. Просто актриса из меня была гораздо хуже, чем из Шаенны. Она гораздо лучше манипулировала людьми, демонами, драконами… Умела надавить на нужные кнопочки: амбиции, тщеславие, боли, мечты. В общем, была настоящей ведьмой, а я всего лишь училась этому.
— Все расы этого мира несут отпечаток темного перехода из другого мира, — прорычал чудовищный принц, — и демоны в том числе. Значит, их жертвы подходят для темных обрядов. Особенно отмеченные кровью королевской семьи Мбрама. Не говоря уже о тех, кто добровольно заключает сделки с чернокнижниками. Бладлейна ослепила жажда обладания фениксом, вот он и пошел на темное колдовство. Волькара, мой старший брат, рассказал об этом всем. Темный дракон сказал, что тело моего младшего брата поглотила бездна, но мы знаем правду — его забрала ты, ведьма. Для своего черного колдовства. Чего ты хочешь, Шаенна? Магии одного из моих братьев, даже в мертвом теле, хватит на то, чтобы уничтожить этот мир. Или открыть портал в другой.
Что я там говорила про то, что я плохая актриса? Да у меня дар речи пропал от свалившейся на мою голову информации. Во-первых, для местных другие миры — не сказки, а как… космический туризм! Первым классом, ага. По крайней мере, для власть имущих. Не для всех, но возможно. Во-вторых, Шаенна действительно очень-очень плохая ведьма, потому что до меня добралась по трупам. Буквально. А если так, ее есть за что ненавидеть этому конкретному демону. В-третьих… Мне бы сейчас заговорить, но я даже представить не могу, что сказать!
Демон истолковал мое молчание по-своему, потому что вновь сорвался на шипение: