— Сказал бы сразу: ненормальная, — улыбнулась я.
— Ты самое нормальное, что случалось со мной, пожалуй, за всю мою жизнь.
В другом контексте это прозвучало бы пафосно, но у Амаэля получилось как-то естественно. Тем более, казалось, он сам удивлен этим фактом, потому что снова нахмурился. Словно сам понял, что сболтнул лишнего. А я… Мне в голову ничего не приходило, кроме того, как признаться ему во всем. В своих чувствах, которые за эту неделю только окрепли и проросли в меня.
Странно, что меня до сих пор не поразило проклятье, потому что я была полностью, абсолютно и бесповоротно влюблена в своего эльфийского короля.
Я бы призналась ему там, прямо во дворцовых коридорах. Даже рот открыла, но меня вдруг бестактно перебил появившейся из-за поворота эльф. И ни кто-нибудь, а королевский советник Дориэль, он же токсичный мужик и эльф, с которым у нас никак не складывалась дружба-жвачка. Злая рыбка Дори! Орэль меня тоже не сильно любил, но с ним у нас хотя бы был нейтралитет.
— Мой король, так и знал, что найду тебя здесь, — советник стрельнул в меня недовольным взглядом. — Настало время суда, необходимо твое присутствие.
— Какого суда? — вырвалось у меня. Понимала, что дела государственные, но что-то в том, как Амаэль напрягся, мне не понравилось.
— Над Конором, — злорадно подсказал советник.
— Я помню, Дориэль, — сказал король. — Иди, я скоро подойду.
Советник скрылся так же резко, как пришел, а я перехватила руку моего эльфа.
— Возьми меня с собой. На суд.
— Это не лучшая идея. — Он закрыл пальцем мои губы, не позволив возразить. — И не потому, что ты ведьма. Тебе достаточно впечатлений на сегодня.
Как его не любить, если он каждым действием обо мне заботится?
— А еще там соберутся остальные советники, которые меня не любят. Я должна там быть как свидетель, — напомнила я и сделала умоляющие глаза. — Пожалуйста!
Глава 34
Оказалось, что суд проводят там же, где заседает совет, и это меньше всего похоже на известные мне на земле суды. Хотя смысл был тот же: приводят обвиняемого, решают, виновен он или нет, советники высказывают свое мнение, а король выносит приговор. Может, в случае обычных эльфов все по-другому, но здесь именно Амаэль выступал в качестве судьи.
Прежде чем согласиться, мой эльф взял с меня обещание, что я буду не отсвечивать, буду сидеть в углу, говорить только если спросят. То есть, я должна была оставаться незаметной на этом мероприятии. Но где я, а где незаметность?
— Что ведьма здесь делает? — тут же спросил на весь зал Дориэль, я даже не успела дойти до кресла в углу. Конечно, на нас обернулись все: члены совета, гвардейцы, прислужники, которые, к слову, разносили напитки. Прямо не суд, а корпоратив какой-то!
Дори посмотрел на меня так, словно я пробралась на концерт без билета. Из интересного: смотрел он на меня, но вопрос у него был более чем риторическим.
За меня ответил король:
— Учитывая, что именно Яна больше всех пострадала от действий Коноресаэля, я пригласил ее присутствовать на суде. Есть возражения?
Я бросила на Амаэля благодарный взгляд: он все обставил так, что это он меня позвал, а не я его упрашивала пять минут, делая большие глаза.
Дориэля перекосило, но спорить он не осмелился. Никто не осмелился. Я вообще только сейчас поняла, что советники тоже боятся короля. Или его проклятия. Все, кроме Орэля. Он единственный сказал:
— Я рад, что ведьма Яна согласилась прийти на суд. Возможно, она прольет свет на произошедшее в тот день.
Да, точно — Конор его сын.
— Начнем, — предложил Амаэль, занимая свое место. Остальные тоже быстро расселись, я все-таки добежала (насколько позволял шлейф) до кресла.
Стража тут же привела Конора. Блондин выглядел растрепанным, с темными кругами под глазами, но при этом целым и невредимым: все-таки, прежде чем кинуть его в темницу, ему оказали первую помощь. Он вошел с гордо поднятой головой и встал напротив стола, за которыми сидели король и советники. По мне даже взглядом не мазнул: не заметил.
— Коноресаэль, — поднялся Дори, — расскажи всему совету, почему ты нарушил королевский приказ и передал ведьму демонам?
Передал? Он что, курьер?
— Я всего лишь выполнял приказ самой ведьмы.
— Отвести ее к демонам? — вцепился, как клещ, в его слова темноволосый советник.
— Отвести ее к большой воде.
— То есть, к морю?
— Да, — кивнул Конор, а я уже готова была возмутится со своего места. Хорошо, что я пришла, на меня же сейчас всех эльфов повесят. И демонов заодно. Но не успела, блондин сам же себя поправил: — То есть, нет. Она просила к большой воде.
— Почему ты не отвел ее к одному из озер на территории королевства? — этот вопрос уже задал Амаэль. — Почему выбрал место рядом с границей?
— Я хотел помочь ведьме бежать, мой король.
Чего⁈
— Она тебя околдовала? — Дориэль даже не скрывает своего радостного возбуждения.
Чего дважды⁈
Советники оживились, а вот Амаэль даже не повел бровью. И мне пришлось подавить собственное возмущение.
— Зачем? — спросил мой эльф.
— Зачем ведьмы околдовывают мужчин, мой король, — пояснил брюнетистый советник. — Ради собственной выгоды.
— Вернись на место, Дориэль, — тоном Амаэля можно было заморозить. — Мой вопрос был не про ведьму Яну, он касался самого Коноресаэля. Зачем ты хотел, чтобы ведьма, которая может помочь моему королевству, королевству, подданным которого ты являешься, сбежала?
Блондин растерялся. Я видела лишь его профиль, но даже так стало понятно, что ответ на этот вопрос у него был не готов.
— Потому что ведьмы злые и подлые, — выдал блондин. — Я хотел тебя защитить, мой король.
— Только меня? — уточнил Амаэль.
— А еще королевство и Юриэль. Она грустила из-за появления ведьмы.
Чего три⁈
Нет, то, что Конору нравится Юрик, я поняла еще в первый день. Там надо быть слепым, чтобы не заметить. Но вот то, что он пытался от меня избавиться из-за бывшей Амаэля, для меня стало сюрпризом. Кажется, для советников тоже, потому что они принялись шуметь и высказывать свое удивление и возмущение. Общая претензия была: и весь сыр-бор из-за бабы?
Амаэлю пришлось призвать всех к порядку и кивнуть Дориэлю, чтобы продолжал.
— Ты, преданный королевству, лучший портальщик, внезапно воспылал любовью к королевской невесте и решил, что нужно помочь ведьме сбежать. Это все странно, не находите? Мой король, осмелюсь предположить, что здесь без черного колдовства не обошлось. Коноресаэля околдовали. Он действовал под внушением.
Все советники синхронно посмотрели в мою сторону: ни у кого не возникло сомнений, что это не я.
Даже Конор меня наконец-то заметил и послал мне такой же хмурый, обвиняющий взгляд. Дориэлю же надо было адвокатом работать. Это же надо все так выкрутить? Что виновата ведьма, а эльф белый и пушистый. Вообще, все такому раскладу очень обрадовались, можно скинуть на меня все свои проблемы: голод, неурожай, демонов, что нарушают эльфийские границы. Хитренькие! Хотя я бы сказала: обнаглевшие. Если же сам Амаэль во всю эту ерунду поверит…
Меня прошибло холодным потом, я с отчаянием отыскала взгляд моего эльфа, но он тоже посмотрел на меня и медленно покачал головой. Не время вскакивать и устраивать здесь шоу!
— Ты можешь подтвердить, что ведьма на тебя воздействовала? — поинтересовался Амаэль.
Блондин все-таки идиотом не был и перед ответом замялся. Видимо, понимал, что от этого ответа многое зависит. Вот честно, я готова была уже ему на голову ночной горшок надеть. Здесь не видела ни одного, но если бы нашла, надела! Но Конор меня удивил:
— Нет, мой король. Я ни в чем не уверен.
— А чувства к Юриэль ты впервые испытал, когда ведьма появилась во дворце?
Амаэль говорил с ним жестко, будто препарировал его как лягушку, даже у меня мурашки бежали по коже. Все бы тайны выдала, разговаривай он со мной тем же тоном.