Я знала, что верить ей нельзя. Ей нельзя верить. Нельзя верить ей… Но любопытство сгубило ведьму, пусть даже начинающую. Действительно начинающую, раз у меня хватило сил такое крутое заклинание переделать.
— Ты о чем? — спросила я как бы между делом.
— Мы теперь связаны. Как бы это объяснить? Ты подпитываешь меня магией. Умрешь в моем мире, я погибну в твоем. Так что в моих же интересах не позволить тебе загнуться.
Ой как мило, сейчас расплачусь!
Я жестко посмотрела ей в глаза, имела право, и поинтересовалась:
— Почему я должна верить той, что меня обманула?
— Не должна, — легко согласилась Шаенна, рассматривая свой идеальный красный маникюр. — Я действительно вела себя не лучшим образом, но я ведь могу исправиться. Быть тебе полезной.
— Я все еще ищу возможность закрыть этот портал, — пробормотала я, теряя к ней интерес.
Кажется, я была близка к тому, чтобы прервать эту странную видеосвязь, потому что Шаенна заметно занервничала:
— Я помогу тебе в твоем деле. С проклятием!
Я замерла, а затем впилась взглядом в ее лицо.
— Ты говорила, что не следила за мной…
— Я сказала, что не следила за тобой через зеркала, — выдохнула ведьма, — но я не говорила, что не присматриваю за тобой. Просто у меня есть свои каналы.
Шаенна меня уже обманывала, и верить ей было нельзя. Я это знала. Я мысленно уже раз двадцать это повторила и прокрутила в своей голове. Но… Она была единственной известной мне ведьмой. Если верить совету Амаэля и моему эльфу, Шаенна вообще была последней темной ведьмой в этом мире. Я планировала поговорить с ведьмой, так вот она! Я с ней уже говорю. Насколько ее ответы будут правдивы? А насколько могут быть правдой слова других ведьм?
Шаенна ждала моего решения, и я сдалась. Подумала, что ничего страшного в паре вопросов не будет. Я всегда могу послать ее… обратно на Землю. Пусть живет там без магии.
— Что тебе известно о черных проклятиях?
— Не черные проклятия, Яна, а проклятия на крови. Это гораздо более страшная и темная магия. Я ни разу такие не накладывала.
— А обычные накладывала? — вскинула я брови.
— Бывало, — пожала она плечами, — но это к делу не относится. Так вот, такая магия буквально убивает.
— Насчет этого я в курсе…
— Ты не поняла, Яна, — перебила Шаенна, — ведьма за такое проклятие расплачивается жизнью. Сильно же она его любила, этого эльфа…
— Тебе не понять.
— Ну почему же? — она хищно улыбнулась. — Я, например, сильно люблю себя. Ради себя пойду на что угодно.
— Та ведьма знала, что погибнет, — напомнила я о нашем разговоре. Я не знала, как скоро вернется Амаэль, а еще как долго мы сможем болтать, поэтому решила поторопиться. — Как разрушить проклятие?
— Проклятие разрушается само, свершившись. Например, у твоего эльфика не останется никого и ничего. Эльф, Яна? Серьезно? Ты бы еще в дракона влюбилась!
— Лучше было влюбиться в демонического принца⁈ — огрызнулась я.
— Демоны страстные любовники. Тем более там есть старший принц, он тот еще зануда, тебе бы понравился…
— Не отвлекайся! — прорычала я. — Как видишь, мне вариант с «рассосется само» не подходит.
— Ну да, ты уже в этом по уши. Такие остренькие. — Она закашлялась, напоровшись на мой взгляд. — Есть второй вариант: выполнить условие ведьмы, как в сказках.
Я так и знала! Проблема в другом…
— Как узнать это условие?
Шаенна нахмурилась.
— Спросить у самого проклятого, конечно же.
— Он не знает, — разочарованно вздохнула я. — Его прокляли еще до рождения.
— Чушь! Все знают о своих проклятиях. Таков закон черной магии.
— Говорю же, Амаэль был в утробе матери, когда все случилось…
— Не будь дурой, Яна, — зашипела ведьма. — Ему должны были рассказать. Вопрос в другом: почему он не признается в этом тебе?
Шаенна крепко так задумалась, а потом сделала большие глаза, будто ей на голову яблоко, предназначенное Ньютону, упало.
— Оу, здесь может быть только один ответ. Ты часть условия по избавлению от проклятия.
— Что⁈ — выдохнула я.
— Тебя используют как ведьму, чтобы разрушить такую сильную магию, — в ее глазах сверкнуло беспокойство.
Я рассмеялась. Вот как знала, что не надо слушать Шаенну. Она тот еще мастер манипуляции и умеет вносить смуту в мои мысли.
— Отключайся, — приказала я каким-то глубоким, не своим голосом, и поверхность зеркала пошла рябью.
Шаенна это заметила, потому что подскочила с постели.
— Яна, не вздумай, — она снова повысила голос. — Не вздумай этого делать! Приносить себя в жертву или что-то подобное. Ни один мужик этого не стоит, тем более эльф. Ты же и меня убьешь.
— Я не собираюсь умирать, — отрезала я. — Я буду жить с Амаэлем долго и счастливо.
— Испытай его. Доверяй, но проверяй, вы на Земле так говорите. Кто-то должен знать о проклятии. Спроси у того, кому доверяет он. У кого-то близкого. Спроси, пока не поздно.
Я замахнулась, чтобы разбить чертово зеркало, но Шаенна уже исчезла. Вот она бежала ко мне, а в следующую секунду я уже наслаждалась собственным злым и обескураженным отражением.
Глава 42
Всего час назад я была счастливой как никогда. Любила и была любимой…
Любила я до сих пор, но вот благодаря одной, чтоб ей в портал провалиться и выйти где-нибудь на луне, ведьме в моей душе появился червячок сомнения. Сомнения не в том, что люблю, с этим у меня было все окей, а в том, любит ли меня Амаэль, или… Это «или» теперь не давало мне покоя!
«Испытай его», — сказала Шаенна. Но я считала, что испытывать того, кого любишь, это ужасно. Любое недоверие разрушает отношения. Если я не буду верить его словам в самом начале, то что будет дальше?
Да как она посмела ссорить нас с Амаэлем⁈
«Спроси у того, кому доверяет он», — слова, которые впечатались в мое сознание. Но разве это не то же самое, что заглянуть в чужую переписку? Залезть в телефон, спросить у его друзей, следить за ним. Я даже с Ромой такого не делала, хотя там было много тревожных звоночков.
«Не делала, и ничего хорошего из этого не вышло», — подумалось мне. Тут Шаенна была уже ни при чем, я сама пошла себя накручивать. Накручивать, раскручивать. В моей голове словно проснулись две Яны, и одна яростно спорила с другой. Влюбленная Яна считала Шаенну злодейкой, которая хочет разрушить отношения с самым лучшим мужчиной во всех мирах. Она напоминала, что Амаэль собирался меня отпустить, уберечь от проклятия. Вторая, более рациональная, упирала на то, что, если сомнения возникли, надо с ними что-то делать. Эта гидра всегда будет поднимать голову в кризисные моменты, поэтому нужно Амаэля обо всем расспросить.
А еще во всем признаться.
Потому что если Амаэль не до конца со мной честен, то я, в общем-то, тоже. Он не знает, что я из другого мира. Что я не та ведьма, которая ему нужна. Что я вообще не ведьма! И если раньше я переживала, что меня отправят на костер за эту ложь, теперь понимала, что не выдержу разочарования во взгляде любимого эльфа. Получается, он сделал для меня все, а я его обманула.
Мне не придется ничего ни у кого спрашивать, решила я. Я признаюсь во всем Амаэлю. Если ему есть в чем сознаться в ответ, он это сделает. Я чувствовала это своим влюбленным сердцем.
Мой эльф вернулся нескоро: мне пришлось ждать до самой ночи. Я успела съесть внушительную часть фруктов, измерить шагами его комнаты и раз сто прокрутить в голове разговор с Шаенной. Нет, я не сомневалась в своем решении, но принялась разбирать детали. Например, уже постфактум я поняла, что не спросила про темную магию в себе, и что с ней делать. Что делать с этим огнем? Или не узнала, как именно она следит за мной. Не хотелось бы, чтобы эта ведьма подглядывала за нашими интимными моментами с Амаэлем!
Зажигать пламя второй раз я не стала, на случай, если Шаенна решит снова ко мне «дозвониться».