Он уже срывается на крик, краем глаза отмечаю, что никого нет. И это к лучшему. Вот и пришло время объясняться, а как не хочется.
– Джек, хватит, – качаю головой, упираясь ладонями в его грудь. Объятия ослабевают, отхожу от него на шаг.
– Неужели, ты простила меня? Такого подонка простила? – Подняв голову, вижу муку и раскаяние, что нёс годами.
– Конечно, ты мой друг, ты мой напарник по приключениям. И, наверное, это должно было случиться. Я была влюблена в тебя с детства, грезила тобой, и мне было просто больно в первый раз. Так бывает, как оказалось, не всё то, что описывали книги… точнее, не так. Я думала, что будет именно так, как в книгах. Фейерверк и звёзды, одна любовь на века и только радость. Но следовало читать литературу научную, а не художественную. Тогда я ничего не знала об этом, не интересовалась, а сейчас… Джек, мы выросли, всё хорошо. И я не считаю, что ты подонок. Ты замечательный мужчина, к которому у меня только самые тёплые чувства. Правда, Джек, правда. Я помню только, как мне хорошо было, и я бы тоже убежала, если бы не испугалась крови, да и не была бы голой в подсобке на маяке. Бежала бы не оглядываясь, как ты. Да и сложно было выпутаться из простыней, – улыбаясь, я заверяю его, что нисколько не таю на него обиду. Наоборот, счастлива видеть его таким.
– Тогда останься, Энджел. Останься тут. Со мной. Мы попробуем всё заново, ведь мы так давно друг друга знаем. Мы уже прошли стыд, первый опыт и я виню себя в том, что тебе пришлось уехать, чтобы не видеть меня…
– Нет, – смеюсь я, – нет. Я хотела учиться, хотела увидеть мир. Это была моя мечта. Я здесь ведь, Джек, никуда пока не лечу. И лететь мне некуда, меня уволили, сократили. Это подарок для меня, судьба показывает – стоит что-то изменить и, возможно, именно то, о чём ты говоришь, – перебиваю его, принимая решение, к которому подталкивает меня мой невидимый ангел. Да, наверное, именно так всё должно быть. Джек и я, как и видела во снах раньше.
– Уволили? – Шокировано переспрашивает он.
– Ага, уволили, и сейчас тоже уволят. Нас обоих уже, поэтому давай не торопиться, а вечером я попытаюсь уйти на праздник пораньше, там и встретимся? – Предлагаю я, проходя к боковому входу замка.
– Хорошо, конечно, Энджел, – радостно говорит он, следуя за мной. – И я рад, что тебя уволили. Ты дома. Со мной.
– Конечно, – послушно киваю я, – до встречи.
– Я до сих пор люблю тебя, Эндж, – раздаётся в мою спину. Оборачиваюсь, улыбаясь мужчине, оставшемуся у входа. Сказать того же я не могу. Нет в сердце тех чувств, которые рождает любовь. Оно не бьётся быстрее, не волнуется, не ожидает. Ничего, только тепло оттого, что он высказался. Тепло, как обычно.
Да, всё правильно. Мы уедем с Джеком в Лондон, снимем квартиру и найдём там работу. Он сильный мужчина, а такие нужны везде. Окончил колледж, и мы подходим друг другу, всегда подходили. Родители будут счастливы, значит, и я. А как же другие мечты и мысли? Как же решения о том, чтобы не следовать путём своих братьев и сестры? Наверное, приходит такое время, когда необходимо увидеть всё иначе. Увидеть то, что ты не могла разглядеть раньше. Вот, где таится истина. В обстоятельствах, в которые ставит тебя судьба. И выбор есть, он огромен, но выбираю тепло. А холод, превращающийся в огонь, лучше забыть. Забыть и думать о Джеке, о будущем, о нашем будущем. Я мечтала об этом и пусть первый блин комом, но будет второй. Когда-нибудь у меня будет второй.
– Лорд Марлоу, доброе утро, простите, я сегодня задержалась. Некому было подвести, дошла пешком, – говорю с улыбкой, входя в спальню. Но моё приподнятое настроение моментально улетучивается, когда вижу мужчину, сидящего в кресле у окна. Он даже не поворачивается, и я ощущаю тяжесть. Его тяжесть и грусть.
– Венди завтракает, а потом у неё занятия. Я могу с вами сыграть в карты, – продолжаю, подглядывая на старика, ставлю поднос на тумбочку.
– Лорд Марлоу, у вас что-то случилось? – Подхожу к нему, присаживаюсь на корточки. Поворачивает ко мне голову, а глаза полны непередаваемой боли. Опухшие, словно он долго плакал.
– Лорд Марлоу…
– Я больше не лорд Марлоу, моя милая. Я больше никто здесь, – тихо отзывается он, отворачиваясь к окну.
– Как так? Вы человек, хороший и добрый, – улыбаюсь я, не понимая причин такого настроения. – Кто вам сказал такую глупость, что вы никто здесь? Вы дедушка. Вы отец. Вы муж. Вы глава семьи, целого поколения.