Мы идём сквозь толпу медленным шагом, и внутри меня щемит сердце. Джек ошибается, я не стремлюсь в их мир, всего лишь хочу подарить им счастье. Увидеть, что все мои суждения верны. Любовь поможет им, я верю и буду это делать, что бы мне ни говорили.
Подходим к машине, где на водительском сиденье расположилась Венди, а Айзек притворяется, что его везут. Смеясь, прошу ребёнка выйти и подойти.
– Моя милая, послушай меня, – присаживаясь на корточки, беру её за руки. – Никогда не забывай, что ты замечательный человек. Ты ангел моего сердца, и я буду всегда помнить тебя, частичка моей души навечно будет подарена только тебе. Помни, что вот здесь, – прикладываю палец к месту, где бьётся её сердце, – у тебя хранится настоящая магия. И ты можешь ею воспользоваться в любой момент. Сейчас ты, наверное, не поймёшь меня, но когда немного подрастёшь, вспомни мои слова. Любовь, что есть в тебе, необходима твоим близким. Без тебя они пропадут. Ты для них звезда на небосводе, ради которой они живут.
– Я тоже могу быть, как ты? – Удивляется она, и я улыбаюсь, страшась сейчас разреветься. В уголках глаз собираются слёзы, но я жмурюсь, заставляя себя держаться.
– Ты можешь быть лучше, чем я, радость моя, ты уже лучше. Я люблю тебя, иди, – шепчу я, крепко обнимая Венди. Как же тяжело отпускать её из рук, терять тепло и знать, что никогда не увижу её улыбку. Вздыхаю, поднимаясь и поворачиваясь к лорду Марлоу-старшему.
– Мне показалось, или это было прощание, Энджел? – Спрашивает он.
– Не показалось, я прощаюсь с вами, – улыбаюсь, и всё же слеза скатывается из глаз. Быстро смахиваю, продолжая улыбаться.
– Почему? Почему ты уходишь? Тебе мало платят? Так я сам буду…
– Нет, меня не особо это интересует сейчас, хотя, признаю, пошла я в замок, чтобы заработать. Моё время закончилось там, и я больше не могу вернуться. Понимаете, я полюбила вас и Венди, я… – замолкаю, едва не сказав, что в моём сердце есть и его сын, – я должна это сделать, потому что потом будет сложнее.
– Понимаю, и мне не хочется тебя отпускать. Только ты смогла внести в мой дом радость, благодаря тебе я многое понял. Ты права, хоть юна и необычна, но права во всём. Ты подарила мне смысл жить дальше, как и настоять на том, чтобы вернуть моего сына. Спасибо тебе, и я не отпускаю тебя, мы ещё встретимся.
– Вы сами это знали, только из-за скорби забыли об этом. Нам иногда необходимы люди, которые со стороны подскажут верное, закрытое в наших сердцах решение. И я так рада, что могу уйти, зная, с вами всё будет хорошо, – в порыве чувств обнимаю его, прижимаясь, отрывая от себя часть сердца.
– Жаль, что времени тебе отведено было рядом с нами так мало. Я ведь поверил в то, что ты меняешь моего сына, но теперь моя очередь. Береги себя, – шепчет он, оставляя сухой поцелуй на моей щеке.
Боже, это невыносимо смотреть в карие глаза и знать, что конец. Киваю, не имея возможности ответить из-за острого комка в горле. Отхожу, давая возможность лорду Марлоу-старшему сесть в машину.
Машу им, пока машина не исчезает за поворотом. И слёзы прорываются из глаз.
Любить тех, кто не принадлежит тебе, больно и прекрасно. Любить людей за то, что они есть, невероятно хорошо и в то же время опасно. Можно никогда не разрешить себе любить кого-то ещё. Но моё сердце большое и там есть для всех место, я должна улыбаться. Ведь судьба подарила мне это чувство, хоть на недолго, но одарила меня таким волшебством.
Вытираю лицо руками, шумно вздыхая и широко улыбаясь.
– Это было довольно трогательно, мисс Эллингтон.
Декабрь 23
Действие шестое
Сердце ухает внутри от тянущего голоса с насмешкой. Оборачиваясь, вглядываюсь в темноту, затем смотрю на оживлённую площадь. Никого. Честное слово, никого не вижу, кручусь на одном месте, а сердцебиения не унять. Я слышала его, слышала Артура.
– Вот так и сходят с ума, – шепчу, закрывая глаза и несильно качая головой. Сначала вижу его, затем уже слышу, и это те самые признаки любви, которые никогда не отпустят мою душу. Она только начинает разгораться и с каждой секундой будет ещё хуже.
Распахиваю глаза, ещё раз всматриваюсь в деревья, припаркованные машины, и поправляю шапочку, намереваясь идти к семье. Ну как так можно? Я ведь думала, что сердце должно выбрать свободного, готового идти ко мне навстречу, а оно слишком открыто распахнуло свои ставни перед неподходящим. Ирония, но она красива, по-своему красива для меня.