Не произносит ни слова, а я смотрю вперёд, жалея, что, вообще, завела эту тему, но остановиться не в силах. Кажется, что атмосфера позволяет мне обезопасить себя, сейчас, именно в эту секунду.
– Я понимаю, почему вы это сделали, – быстро произношу я, боясь испугаться своих мыслей.
– Сделал что? – Переспрашивает он.
– Ну… там… в подвале. Вы поцеловали меня, и я понимаю, почему вы это сделали, – голос понижается, а щёки вспыхивают от моментального тока, прошедшего по позвоночнику.
– Правда? – Настороженно произносит он.
– Да, Артур, понимаю, – кивая, поворачиваюсь к нему. – И поверьте, это нормально.
Его брови ползут вверх, а губы растягиваются в улыбке. Но от этого внутри так туго всё.
– Ваша невеста уехала и вам просто не хватает женской ласки, которую она дарила вам. Ваша свадьба уже близко, и, наверное, вы немного волнуетесь. Вы любите её, в вас переизбыток этого, поэтому, когда я подвернулась вам под руку, и вы представили её на моём месте, – выдавливаю каждое слово из себя, наблюдая, как мрачнеет его выражение лица.
– Вы считаете, что все браки совершаются по любви? – Издаёт смешок.
– Конечно. Разве не так? У меня столько примеров. Мои родители, братья, сестра, наши соседи. Все полюбили и женились раз и до последнего вздоха. Иногда, конечно, браки распадаются, потому что люди немного ошиблись, ощутив это чувство. А оно предназначалось к тому, кто был в тот момент близко к их выбору. Но всё всегда встаёт на своё место, – улыбаюсь ему, хотя сердце болезненно сжимается.
– Интересная интерпретация брака и развода. А что вы скажете о моих родителях, познакомившись с ними? – Пытается сдержать смех. Поджимаю губы и тяжело вздыхаю, отворачиваясь от него. Почему ему весело? Почему не грустно, как мне?
– Я знаю, что они любили друг друга, да и сейчас любят. Просто слишком закрыли свои сердца и не позволяют увидеть вновь это чувство. Если бы так не было, то и никто бы не страдал из вас. Никому не было бы больно и обидно за ошибки. Не было бы ссор и напряжения. Да и ревности. Ваша мама так плохо подумала обо мне лишь потому, что она любит вашего отца, как и он её. Горе должно сближать…
– Я женюсь не по любви, Анжелина. Я не люблю Хелен, и вряд ли для меня это будет когда-то доступно, – перебивает меня. Резко поворачиваю голову, хмурясь от его слов.
– Тогда зачем? Венди ваша дочь? – Шепчу я.
– Нет, Венди дочь Энтони. Хелен забеременела и пряталась, пока она не появилась на свет, во избежание требования оборвать беременность. Она шантажировала Энтони, а затем мою мать. Но мать была добра к ней, как и к Венди, подарив роскошную жизнь. Хелен ждала, что Энтони сделает ей предложение, но ему было плевать. Он лишь изредка приезжал к дочери и всегда под…
– Наркотиками. Ваш отец поделился со мной и, поверьте, я никогда и никому этого не скажу, – продолжаю я, заметив удивление, а затем злость в его глазах.
– Артур, правда, никогда и никому. Это ваша тайна и я сохраню её, даже если меня будут пытать. Я вынесу, но рта не раскрою, – подхожу ближе, заверяя его, и боясь упустить эту ноту, так благозвучно играющую в его душе, по направлению ко мне.
– Верно, под наркотиками. Он умер и оставил завещание, где отдал мне всё. Титул, замок, свои долги, часть перешла на Роджера. Он просил удочерить Венди и дать ей семью, которую мы никогда не имели. Я и выполняю его последнюю волю, хотя никогда не планировал связывать себя узами брака. Хелен поставила условия, что отдаст мне право опеки над ребёнком только после объявления её леди Марлоу, то есть моей женой. Нет никакой любви, Анжелина, один расчёт. У меня забрать Венди, выполнить условия наследства, у неё наконец-то добиться того, ради чего она её родила. Ребёнок в нашем случае лишь орудие манипуляции и только, – заканчивает он, и улыбается, да так печально, что моё сердце обливается кровью. Ему больно, а я никто, чтобы утешить его. И ведь хочется, до сумасшествия хочется дотронуться до этого мужчины и дать понять, что я рядом. Нет никаких проблем, когда есть человек, готовый помочь пережить это бремя.
– Но, может быть, это судьба, Артур? Судьба очень жестоко поступила с вами, а значит одарит в будущем. И Хелен… она, возможно, любит вас…
– Она деньги любит, Анжелина. Не надо здесь искать вашу глупую любовь. Нет её, как и веры, как и этой магии. Ничего нет, одна суровая реальность, которая изменила всю мою жизнь. Вы думаете, я видел её, когда целовал вас? Нет. Я видел вас, только вас, Анжелина. Я хотел этого, задушить вас или же причинить боль, а потом так резко… чёрт, да я не испытываю никого раскаяния. Мне плевать на эту свадьбу, я видел вас и сейчас вы разглагольствуете о любви, а я думаю, как бы дотронуться до ваших губ. Вы как огонь, и я с ума схожу от собственных мыслей! – Кричит, ударяет кулаком по бетону и дышит тяжело, как и я, обескураженная такими словами.