– Скади, твои вопросы очень… странные, – заметил отец. – К чему ты ведёшь?
– Такие же подношения относили Снежному богу и Хансены? – спросила я и увидела удивление на лице отца, которое сменилось страхом.
– Скади, у нас не принято говорить про Хансенов, – укоризненно произнёс он. – Последний Озарённый из этого семейства навлёк гнев Снежного бога на весь Ледомор. Не знаю, почему ты заговорила про них, но чтоб впредь они не упоминались в нашем доме или где-нибудь ещё. Тебе понятно?
Голос отца стал серьёзнее, я кивнула и тихо произнесла:
– Я поняла, прости меня.
– Вот и хорошо. Сегодня отдохни после подъёма, а завтра начинай сбор подношений, – произнёс отец и медленно поднялся из-за стола. Я заметила, как сильно он похудел за время болезни. Я думала вновь спросить про мазь, которую ему передала Мист, но не хотелось расстраивать его сильнее. Почему-то никто в Ледоморе не любил лишних вопросов, и это начинало настораживать меня.
– Тебя проводить? – решилась-таки я предложить помощь, но Гифф покачал головой и слабо мне улыбнулся.
Я проследила, как он идёт до спальни, отмечая его шаткую походку и сгорбленную осанку. Предназначение Озарённого вконец сломило его. Что-то здесь нечисто.
Этот список… мне действительно придётся собирать обычные фрукты для Снежного бога, но ведь вчера я донесла до него вовсе не эти подношения. А самую настоящую лаву в ледяных сферах! Мои глаза не могли меня обмануть… или могли? Я уже ни в чём не была уверена. Но всё здесь мне казалось странным, а ответы я могла бы получить лишь у одного человека – Пропащей Амалии. Только за Переломную черту мне нельзя заходить, кроме того, о Пропащих говорили такое… они были опасными для Ледоступов и редко могли долго продержаться за Переломом. Всё-таки близость лавовой реки, постоянные оползни льда и юкконы, рыскающие повсюду, – это всё серьёзные испытания. Лишь самые сильные Пропащие могли выжить в таких условиях, и мне казалось, что женщина, потерявшая за короткий срок и мужа, и сына, вряд ли являлась таковой.
Глава 13
С самого утра я направилась на рынок. Небо затянули тёмные тучи, моросило. Я вытянула вперёд раскрытую ладонь и с минуту смотрела, как на неё приземляются крохотные льдинки, сверкая голубыми искрами.
Обычно по понедельникам на рынке все столы ломились от товара, но сегодня всё было в точности наоборот. Торговцев почти не было. Я свернула на Холодную улицу и направилась к домику Одена – главного рыбака в Ледоморе.
Мне казалось, что проще сразу взять у него уже пойманную рыбу, но очередное глупое правило и обязанности Озарённого останавливали меня от этого. Озарённый сам должен собрать все подношения для Снежного бога – это я запомнила с детства.
Оден распахнул передо мной дверь почти сразу после моего тихого стука. Передо мной стоял огромный рыбак с длинными белоснежными волосами и бородой. Его объёмный живот обтягивала потрёпанная рубаха, мешковатые штаны были ему велики. Он кивнул мне с улыбкой.
– С почином тебя, Скади, – сказал он. – Наслышан, наслышан о твоём подъёме. Это сейчас в Ледоморе главная новость.
– Спасибо, – выдавила я улыбку. Оден мне нравился. Он один из немногих Ледоступов не относился к Озарённым с презрением или даже с агрессией. Он уважал наше предназначение, поэтому всегда угощал лучшей рыбой.
– Зачем пожаловала, рыба кончилась? – спросил он и продолжил, не дожидаясь моего ответа: – Какая интересует? Радужный луциан, чернозубка, шипорыба, кристаллорыба? А может, возьмешь кораллового ската или текстильника, на удивление хороший улов был на днях. Всё свежее! И невероятно вкусное! Можешь даже не сомневаться!
Я поняла, что пора вклиниться в этот монолог Одена. Свой улов он мог расхваливать часами.
– Я пришла за сетью, – сказала я, и мужчина запнулся. Он удивлённо посмотрел на меня, а позже понимание озарило его круглое лицо:
– Ааа, так бы и сказала! Значит, сбор тоже на тебе?
– Да, хочу отправиться к Хладной реке, – кивнула я, не вдаваясь в подробности.
Оден устремил взгляд в небо и покачал головой:
– Сеть-то я могу тебе дать, но вот не советую сегодня идти рыбачить. Ох, да и из дома лучше выходить не стоит.
– Почему? – сразу же спросила я и тоже посмотрела в небо, которое всё ещё было затянуто тучами. Льдинки опускались мне на плечи. Цветочники, солнцелюбы и листопадники были в шоке от такой погоды, когда однажды открытие врат выпало на такую погоду. Они не смогли долго находиться у нас и поспешили обратно в свои края, жалуясь, что льдинки оставляют синяки на их нежной коже и разрывают их одежду. Обмен в тот раз совершить не удалось.