Мои белые волосы развевал холодный ветер, я уже не обращала внимания на глыбы льда, падающие с неба. Я была быстрее и проворнее, уверенно избегая больших шипов и уверенных атак монстра.
Понимая, что нужно сконцентрироваться, я не паниковала и не теряла бдительности. Когда я заметила возможность, я быстро двинулась вперёд и со всей мощью направила свой клинок в монстра. Почувствовав, что клинок входит в его плоть, я нажала на рычажок, и два дополнительных лезвия сильнее вонзились в монстра, разрывая его на куски.
Удар мог бы оказаться смертельным, но я промахнулась – не достала до морды чудища, а попала ниже – в район груди. Юккон взревел от боли, начал размахивать своими лапами: одной задел меня, и я отлетела к самой скале, не спуская глаз с рукояти клинка, который остался торчать в груди монстра.
Я стала прикидывать все возможные варианты. Сейчас юккон более агрессивен, но боль застилает ему разум. Нужно лишь вновь завладеть своим клинком и нанести более точный удар.
Я уже стала было подниматься, как услышала жуткий грохот. Подняв голову, успела лишь увидеть, как от скалы откалывается большая глыба льда и летит на меня. Я увернулась – глыба не попала мне в голову, но придавила своим весом мои ноги. Я закричала.
Дело совсем плохо. Юккон перестал дёргаться, развернулся ко мне и направился к своей жертве, не обращая внимания на мой спрингклинг, торчащий из груди. От этой досадной помехи он спокойно мог избавиться позже, когда покончит со мной.
Я упёрлась руками в глыбу льда, но она не сдвинулась ни на сантиметр!
Неужели всё так и закончится? Перед смертельной опасностью мне было… стыдно. Стыдно, что Браун даже не узнает, что со мной случилось. Как-нибудь Оборонители добьют этого юккона, они обнаружат мой клинок и поймут – я ослушалась и направилась биться с монстрами, но проиграла. Против всего одного монстра! Браун одновременно мог биться против пяти монстров, а Хаскар, я слышала, и вовсе с десятью.
Вот я и поплатилась за свою самоуверенность. Бедный отец, ему придётся самому собирать подношения и совершать подъём, несмотря на слабость. Или после моей смерти предназначение перейдёт к какому-нибудь другому семейству, как в своё время от Хансенов к Эвенвудам?
Я уже прощалась с жизнью, когда увидела стремительную тень. Я даже не поняла, откуда она взялась – она будто просочилась между скал и кинулась на юккона. Я успела заметить два обычных клинка в руках у тени и поняла, что это мужчина. Он приземлился на колени и проехался под лапами юккона, выставив вперёд свои клинки. Две огромные раны возникли в брюхе монстра. Ловко вскочив на ноги позади монстра, человек нанёс последний удар, погрузив один из клинков в голову юккона.
Монстр пал к его ногам. Я судорожно выдохнула. Я посмотрела на ледяные скалы и слушала завывание ветра вдали. Я не умру от лап юккона.
Мужчина выдернул мой спрингклинг из туши монстра, стряхнул с клинка чёрную жижу и направился ко мне. Два его перекрещённых клинка уже висели у него за спиной.
Я не могла пошевелиться и не знала, стоит ли бояться своего спасителя. Наверное, всё же стоит.
Потрёпанные странные вещи из неизвестного мне материала, клинки из обычной воинской стали, которую изготавливают не в Ледоморе, а в Осенраде, непривычный красноватый оттенок кожи и выжженные близостью лавовой реки волосы чёрного цвета. Пропащий. Я не сомневалась, что вижу такого человека перед собой. Любой Ледоступ, уходящий за Перелом, со временем становился таким. Бледность кожи пропадала, волосы чернели. Но на удивление по телосложению мужчина оказался крепким, мало чем уступающим Брауну. Но чему я удивлялась, ведь за Переломом могли выжить лишь самые сильные. Значит, перед собой я видела именно такого сильного и выносливого мужчину, который лишился в своё время лимита и смог приспособиться к жизни в диких землях.
Мужчина молча приблизился ко мне и замахнулся моим оружием. На миг я прикрыла глаза, когда почувствовала на себе россыпь льда, открыла их. Пропащий разбил глыбу, удерживающую меня на месте. Я быстро подтянула к себе освобождённые ноги и выдохнула – они не потеряли чувствительности, лёд не проломил мне кости. Всё это время я боялась, что не смогу встать на них и вернуться домой.
– Кто ты? – спросила я, когда мужчина протянул мне клинок рукоятью вперёд.
– Лучше бы сказала спасибо за спасение, – произнёс он тихим и грубоватым голосом.