На другой день с утра опять пасмурная погода с сильным ветром. Ваня Петров дежурит по камбузу, и нам втроем пришлось вырубать кабан в годовалом льду. Очень долго капризничал мотобур, и мы с трудом пробурили две скважины. Толщина льда — 130 сантиметров. Затем начали пилить лед между скважинами, чтобы отделить кабан. После обеда его наконец одолели и вытащили на лед. Вес кабана оказался огромным: ведь его объем почти полкубометра. С трудом довезли его до лагеря. А там прилетел гость с далекой земли — маленький куличок. Наши собаки Черныш, Цыган и Динка носятся за ним по льдине. Кончилось тем, что куличок не выдержал преследования и улетел.
10 июня — первый летний день. Солнце, глубокое синее небо без единого облачка. Удивительно тихо. Мороз —9°, но снег немного подтаивает, особенно снежные кирпичи, которыми обложены домики. Все тропинки почернели. Мы с Черепановым весь день строим домик для дизеля. Петров с Николаевым берут образцы льда и проводят испытания его на прочность на специальном прессе. Сережа Николаев в пылу работы оступился и упал в прорубь. Когда его вытащили, он стремглав бросился домой переодеваться. А потом даже позагорал.
Я весь день ходил в шляпе. Этот совершенно неарктический головной убор я захватил из дому, чтобы проверить, как он защищает от дождя. Меховая шапка быстро промокает, и вода начинает капать за шиворот, что не особенно приятно. Правда, дождей пока не было. Зато как хорошо в шляпе в солнечный день! В меховой шапке стало жарко, вот я и разыскал во вьючном ящике шляпу, которая пока служила прокладкой для зеркального гальванометра. Вытащил, расправил, почистил, надел и вышел в таком необычном на дрейфующих льдах наряде. Все хохотали, а собаки стали рычать. Наш признанный острослов бортрадист вертолета Тарарухин сказал:
— Ну что ж, появилась первая «шляпа» на Северном полюсе — значит, Арктика освоена!
Вертолет все летает на поиски пропавшего аэродрома. Сегодня видимость прекрасна, может быть, на этот раз и повезет. Действительно, в 18 километрах от лагеря аэродром нашли, но от него ничего не осталось, льдина вся разломана. Забрали с обломков палатки и другое имущество.
По солнцу удалось определить новые координаты станции: 88°17′ северной широты и 20°10' восточной долготы. Направление дрейфа в последнее время было северо-восточным; мы дважды пересекли 88-ю параллель, и теперь до полюса совсем близко — около 200 километров.
Сегодня моя очередь проводить ночные наблюдения. Дал вздремнуть дежурному по лагерю — славному и очень трудолюбивому Андрею Бушуеву. Когда закончил наблюдения, походил на лыжах. Хорошая солнечная погода, тихо-тихо. Вообще ночи здесь бывают удивительно тихие и ясные. Природа успокаивается и словно отдыхает от дневных дел.
Днем заготавливали снег для получения воды. Нарезали снежных кирпичей, загрузили трое саней, и Шутяев на маленьком и очень красивом французском тракторе потащил их к камбузу, по дороге завяз в глубоком снегу, и мы здорово попыхтели, пока вытащили его из сугроба. Петров с Николаевым разбили новые профили для измерения толщины льда. Таким здоровякам ничего не стоило за день вручную пробурить семь скважин, из которых самые глубокие достигали 3,8 метра.
Почти три дня продолжались измерения толщины льда на профиле. Даже Петров с Николаевым начали сдавать. Скважина за скважиной, одна глубже другой! В помощь им подключился Назинцев. Первая его скважина — и сразу неожиданность! Толщина льда 6,5 метра. Все замучились, пока пробурили. А в лагере, у домика электростанции, из скважины вырвался фонтан воды высотой около 40 сантиметров. Как сильно прогнулся лед под тяжестью сугробов, построек и оборудования! На окраине лагеря тоже забили фонтаны, но пониже, высотой всего 10-15 сантиметров. Больше бурить в лагере не стали — ведь так недолго и затопить льдину.
Вертолетчики наконец разыскали пригодную для постройки аэродрома льдину, но далеко — в 25 километрах от станции. Правда, там можно сделать площадку длиной до 900 метров и снега на ней немного. Толщина льда 1,5 метра.
13 июня — число хотя и несчастливое, но день опять чудесный. На небе ни облачка, в тени температура —9°. Снег почти не тает, но так и искрится под лучами солнца, сверкая всеми цветами радуги. Сейчас льдина дрейфует на северо-запад, и до хребта Ломоносова остается всего около 30 километров. Резко упала глубина океана — с 4000 до 3100 метров.
Прошел всего месяц пребывания нашей группы на дрейфующей станции, а всем кажется, что мы здесь уже давным-давно. Самолеты не прилетают: некуда их принимать. Все ждут писем, газет, но пока единственная связь с Большой Землей осуществляется по радио.