— Хороший день, госпожа «видящая»!
— Ничего, сойдет, — милостиво согласилась я, с интересом ожидая продолжения.
— Все в порядке, смею надеяться?
— Более чем! — развеяла я его возможные опасения. — А как драгоценное здоровье у нашего многоуважаемого союзника?
Кочевник подозрительно зыркнул на меня из-под нахмурившихся бровей, но на моем лице не было и тени насмешки, только искреннее участие.
— Твоими стараниями, — буркнул он, отводя глаза. — Я… гхм!.. н-да!.. в общем, давай мириться!
— Но я-то с тобой не ссорилась! — отозвалась я, безмятежно разглядывая редкие облачка в небе. — Это у тебя ко мне были… вопросы.
Несмотря на смиренное выражение бородатой физиономии, я нисколько не обольщалась на свой счет. Наверняка дело было вовсе не в степени сногсшибательности моего обаяния, а в крутом статусе «посланницы небожителей»: портить отношения с такой особой для кого бы то ни было — себе дороже по любой из возможных причин. Впрочем, и в мои планы не входило наживать себе врагов, да еще и по такому поводу. Поэтому-то я столь благосклонно встретила его поползновения к примирению.
— Клянусь богами, ничего плохого и в мыслях не было!
— Верю, — хмыкнула я. — Ты всего лишь хотел со мной переспать!
— Ну да, — бородач пожал необъятными плечами, — но это же обычное дело!
— Кто бы спорил. — Я все-таки сдержала смешок. — Разве что свои услуги ты предлагал чересчур настойчиво!
— Как умею! — Похоже, он даже оскорбился, но вовремя вспомнил, что ситуация не подходящая для обсуждения издержек воспитания, сбавил тон и снова постарался придать физиономии покаянное выражение. — Ты уж не держи зла…
— Не держу! — отмахнулась я. — Ты тоже извини — за зубы.
— За зуб, — уточнил он.
— Так и не нашел?
— Нет, — хмыкнул он. — Чего там, сам нарвался! Так что, мир?
— Мир! — Я от души пожала протянутую лапищу.
— А ручка-то ничего, крепенькая! — подмигнул Дзурох, скалясь в щербатой теперь улыбке до ушей и выразительно почесывая челюсть. — Может, ко мне на службу перейдешь?
Дин, ехавший чуть впереди, молча покосился на него через плечо.
— Пока не могу, извини, а потом… видно будет, — не стала я лишать вождя последней надежды.
— Подношения, надеюсь, принимаешь?
— Это взятки, что ли? — удивилась я.
— Нет, подарки для укрепления отношений, — подмигнула эта бородатая орясина. — В расчете на будущее взаимопонимание.
— Сказал бы уж проще, что в качестве подхалимажа! — Мне стало совсем весело. — И что же это, например?
Вместо ответа Дзурох протянул мне что-то на раскрытой ладони. Я взяла увесистый мешочек из тонкой коричневой кожи, причудливо расшитой золотой нитью, вынула изящный фигурный флакон темного стекла и с интересом посмотрела его на свет.
— Надеюсь, это яд?
— Добрая ты! — фыркнул вождь. — Не угадала. Открой и понюхай!
— Учти: приворотные зелья на меня не действуют! — уже для смеха предупредила я, продолжая подозрительно щуриться.
— Тьфу ты! Это душистое масло! Народишко с Южных пустошей делает, здесь такого не найдешь. Нюхай, не бойся!
Я с некоторым усилием отвернула тугую пробку и осторожно помахала ею в воздухе у лица. Мало ли, кто знает, что у них там произрастает на пустошах, тем более на южных! Но неожиданно запах оказался что надо — легкий, свежий, вроде аромата ландыша с едва ощутимой полынной горчинкой и еще чем-то непонятным, но приятным до невозможности.
— Мм! Прелесть! — Я даже зажмурилась от удовольствия. — Вот уж порадовал, спасибо! Сколько с меня?
— Еще чего! Считай, что это — благодарность за починку челюсти.
Я не удержалась и прыснула в голос:
— Вот как? Тогда заходи почаще!
— Где я тебе столько зубов наберусь?!
— А ты сразу на пороге подарки предъявляй, может, оно и обойдется — отделаешься легким испугом, в худшем случае — до заикания!
Агат присоединил громкое ржание к нашему хохоту.
— Надо же, когда смеешься, так и совсем на человека похожа! — подковырнул кочевник, подмигивая. — Красивая девка должна жизни радоваться, а не на службе сохнуть!
— А я совмещаю полезное с приятным!
— Оно и видно… Кстати, как тебе, хватит здоровья после перехода на посиделках порезвиться?