— Тогда, может быть, разъяснишь недалекому мне, в чем же тут соль?!
— Соль в том, что у меня вовсе не было намерения тебя оскорбить намеками на несостоятельность. — Я говорила четко и внятно, в упор глядя в его бездонные вишневые глаза, в которых успели зажечься опасные огоньки. — Как раз наоборот — это я прошу об одолжении, а к тебе обратилась именно потому, что лишь ты один можешь помочь мне в таком деле!
— В каком «таком»?!
— В почетных обязанностях главы рода! Наш дядюшка — светлое место ему в раю! — с точки зрении законов и традиций рассудил, конечно, верно, только не учел одного — мне просто ни за что не справиться с такой ответственной ролью! Сам посуди — что я могу смыслить в подобных вещах? А ты — совсем другое дело!
— Значит?..
— Значит, я нахально перекладываю на твои крепкие плечи заботы о наследстве и титульные обязанности перед короной, забываю все как страшный сон и буду очень благодарна, если ты не станешь сопротивляться! Ну пожалуйста!.. И не вздумай отказаться!
— Или что?!
— Или… или… — Я невольно потеряла мысль, наблюдая, как огненная кобра недвусмысленно шевелит краями полураспущенного — пока! — клобука. — Или я запрусь в самой дальней и темной комнате и целых полдня буду горько плакать от обиды на непонимание со стороны недалеких близких и несовершенство мира вообще!
Озадаченная кобра замерла, втянула язык и медленно исчезла с «экрана».
— Полдня — это серьезно! — покачал головой сильно удивленный родственник, продолжая тем не менее упрямо хмуриться, но я уже почувствовала слабинку.
— В конце концов, ты — единственный мужчина среди нашего поколения потомков славного рода, тебе и карты в руки!
Несколько долгих мгновений Фадиндар сверлил меня тяжелым взглядом вприщур, потом хмыкнул и… расхохотался.
— Хитра, хитра девочка, ничего не скажешь!.. А в чем, кстати, будет выражаться твоя безмерная благодарность в случае моего согласия?
— В том, что я и в дальнейшем осчастливлю тебя своим доверием в первую очередь — в случае чего! — выдала я, не задумавшись ни на миг.
На сей раз мы хохотали дуэтом: он — попутно восхищаясь вслух моей беспримерной наглостью, а я — радуясь про себя, что всерьез накалившаяся обстановка разрядилась так легко. Фадиндар отсмеялся первым:
— Ладно, допустим, я не стану сопротивляться, особенно если попросишь хорошенько, но тебе ведь что-то потребуется взамен?
— Конечно! Торжественное обещание, что ты в случае чего не бросишь на произвол судьбы бедную бесхозную родственницу! В нашем фамильном замке наверняка найдется какая-нибудь самая задрипанная каморка с пауками под самой дальней и пыльной лестницей и две-три корочки черствого хлеба?
— Думаю, да. — Сын демона сумел удержать на лице серьезное выражение. — Более того, все черствые корки, что найдутся на тот момент, будут в полном твоем распоряжении! А пауков для каморки я даже наловлю собственноручно!
— И еще: не забудь выделить Лиллиарне достойное приданое — в случае чего!
— Не забуду! — едва заметно усмехнулся мой собеседник. — Я и тебе выделю — в случае чего!..
— О, высокочтимый эдл! Ваша щедрость и великодушие поистине безграничны! — Я изобразила глубочайший реверанс, чуть не перевернув при этом вазу с розами.
— Поистине так! — веско подтвердил Фадиндар, зачем-то вставая с кресла. — Ты сама не представляешь, насколько в очередной раз права! — Он шагнул ко мне, опустился на одно колено, взял мою руку, накрыв ее горячей ладонью, и, проникновенно глядя в глаза, произнес несколько слов на древнем языке.
— И что бы это значило?!
— Старинная, полузабытая теперь клятва, — невозмутимо пояснил родственничек, встряхивая кудрями. — Дословно значит: «Отныне, что бы ни случилось, все мое — твое!»… включая меня самого! — И подмигнул, поднимаясь и отпуская мою руку.
Я невольно рассмеялась: вот уж кто воистину неисправим! — и закрыла за ним дверь с ощущением, что с плеч свалилась не гора — как минимум полматерика!
ГЛАВА 2
В комнате что-то изменилось. С первого, еще полусонного взгляда я не поняла, что именно, а вот со второго… У зеркальной стены появились три вешалки, слегка напоминающие наши манекены, а на них красовались платья, при виде которых сон с меня слетел окончательно и бесповоротно. На полу возле каждой — подставка с объемистой резной шкатулкой и тремя комплектами туфель (цвет — в тон платью, каждая пара отличается высотой каблуков). Я соскочила с кровати, не глядя нашарила пеньюар и тапочки…