Все-таки во мне пропал незаурядный модельер! Я всегда это подозревала, и теперь получила лишнее тому подтверждение. Поскольку лето, по всем прогнозам, предстояло жаркое, да и весна уже радовала в этом отношении, первым изделием была легкая, средней длины кофточка — так, на каждый день. Два совсем небольших более-менее плотно связанных ромбовидных фрагмента деликатно прикрывали область груди, остальное — сплошь ажурные цветы (ажурные — мягко сказано, поскольку пряжи на них было истрачено предельно мало). В дополнение к ним шло декольте типа «шире двери, глубже шахты», разрезы по бокам, широкие рукава до локтя и отделка в виде узорчатых зубцов с бахромой по всему краю.
В комплект к этому шедевру после некоторых раздумий были сооружены свободные штаны в полную длину, опять же с бахромой. Ажурные вставки представляли собой широкие продольные полосы, перемежавшиеся с менее ажурными. В целом, на мой взгляд, в сочетании с пока не изменившейся фигурой получилось вполне достойно, причем я дополнила костюмчик эксклюзивными украшениями, сработанными придворным умельцем по моим эскизам из разных пород дерева, металлических цепочек, шелковых шнурков и кусочков кожи с медными заклепками. Как показали дальнейшие события, мой взгляд несколько не совпадал с ошарашенными взглядами остальных. Нет, девчонки сие творение оценили как надо, вот с мужской частью населения замка было сложнее…
Первым пережить эстетический шок довелось моей личной охране в тот памятный день, когда я отправилась в обновке покрасоваться перед женихом, придумав на ходу какой-то вполне убедительный повод и прихватив положенную свиту. По мере продвижения нас по коридору стражники, стоявшие через равные промежутки по обе стороны прохода, столбенели прямо на глазах. Про явно «спертое в зобу» дыхание и стук о пол выпавших челюстей и говорить не буду, а Тиальса, честно сохранявшая невозмутимое выражение лица до поворота к апартаментам короля, в конце концов не выдержала и расхохоталась в голос, уверяя, что «такие масленые рожи не у каждых блинов бывают!».
Как на грех, Дин именно в этот момент вышел из кабинета, чтобы лично проводить после приватной аудиенции представителей очень южной дружественной державы, с которой, насколько я знаю, предполагалось долгое плодотворное сотрудничество, но что-то там застопорилось при заключении договоров. Вышколенной охране удалось удержать на лицах бесстрастное выражение, а вот красноречиво-пламенный взгляд сраженного наповал посла чуть было не добавил дополнительных прорех на моем и без того сильно сквозящем одеянии. Его супруга, поколебавшись, оставила вразумление благоверного на потом и теперь вдоль и поперек сверлила меня завистливым взглядом.
Король невозмутимо представил нас друг другу, выдал весьма лаконичное пояснение по поводу моды, принятой на моей исторической родине, и сдержанно пошутил насчет избытка творческого потенциала у своей невесты. Мне пришлось наскоро придать своему лицу в меру покаянное выражение и скромно потупить глаза. Посол принялся в изысканной форме изливать свои восторги, я же старательно избегала встречаться взглядом с нашим величеством: его такой долгий вдох через нос недвусмысленно говорил о том, что выговора, хоть и в щадящем режиме, мне не избежать. Хотя, по-моему, сердиться было не из-за чего!
Чтобы это было ясно не только мне, пришлось опередить нагоняй и подослать свою «правую руку» к разгневанной южанке с предложением встретиться тет-а-тет. Согласие было получено, и мы на удивление быстро и не без пользы для себя нашли общий язык, начав с перемывания косточек мужчинам. Я пообещала Далсии презентовать подобное дополнение к гардеробу, которое будет спешно изготовлено с учетом ее личных пожеланий за время, оставшееся до их отъезда из нашего королевства. Она же до утра явно успела что-то намурлыкать в уши своего несговорчивого супруга, потому что долгожданное соглашение было заключено буквально на следующий день и на очень выгодных для нас условиях, к немалому изумлению королевских советников.