Подружки всячески пытались поднять мне настроение, но им это с большим трудом удалось лишь после напоминания о том, какие испытания придется пройти жениху и его свите по пути к заветной комнате. Парадное крыльцо и подступы к нему были украшены внушительными фигурами самых рослых воинов из королевской гвардии, облаченных в парадные мундиры. С нашей стороны запертых дверей дежурил Тханимар (как независимое и незаинтересованное лицо), Фадиндар (на правах родственника) и Вальгранарх, который согласился быть моим названым отцом и вдобавок имел подходящий случаю опыт. Желающим прорваться сквозь этот заслон оставалось только посочувствовать…
Слаженное звучание нескольких дюжин сигнальных труб с верхней площадки главной башни возвестило о появлении на сцене тех самых желающих. Громкие чистые звуки торжественного марша заставили заслушаться всех, а наступившая после тишина почему-то напомнила то самое затишье перед бурей… Приглашенные, до сей поры мирно бродившие по парку и замку, моментально заполонили все видимое пространство и замерли в ожидании. Особенно забавно выглядели вытянутые драконьи шеи: эти почетные гости обосновались из гуманных соображений в самых задних рядах, но не хотели пропустить ничего из предстоящего зрелища.
Король, скрытый от любопытных взоров длинным плащом с глубоким капюшоном, в сопровождении многочисленной свиты прошествовал к парадному крыльцу. Двери медленно распахнулись, и на порог одновременно шагнули три суровых индивидуума, настроенных весьма серьезно. После обмена положенными приветствиями, поклонов и прочей светской мишуры стороны перешли к делу, начав с выяснения вопросов типа: «И чего ж вам дома не сиделось? И зачем же к нам-то занесло?»
Для начала Дин должен был убедить придирчивых стражей, что он как никто другой подходит на роль спутника жизни оберегаемой ими невесты, а потому выразил готовность к проверке любого рода. Троица переглянулась, вперед шагнул Фадиндар, одарив короля любезной до жути улыбкой, и предложил ему продемонстрировать свою состоятельность в качестве защитника. Взглядом, который король метнул в моего родственничка из-под надвинутого капюшона, вполне можно было пробить насквозь добротные крепостные ворота, но вслух он лишь предложил использовать фантомов своих сущностей. Придворный маг согласился посодействовать обоим, порекомендовал в качестве ринга плоскую крышу центральной беседки для улучшения обзора, и примерно четверть часа мы с удовольствием наблюдали за поединком гигантской кобры, плюющейся огнем, и стремительной, постоянно меняющей очертания струи воды.
Что вытворяли эти двое — просто не поддается вразумительному описанию, но дело закончилось ничьей: огненная кобра ухитрилась опоясать пламенем вертлявый поток, а водяная петля вполне убедительно затянулась на чешуйчатой шее чуть повыше раздутого клобука. Под общие бурные аплодисменты и восторженные крики Тханимар плавным движением рук развеял чары, фантомы растаяли, а поединщики смогли расслабиться и передохнуть.
Во вторую очередь жених должен был доказать, что сердце невесты в самом деле принадлежит ему и никому другому. Мне как-то поплохело при попытке представить, как это может выглядеть в случае буквального исполнения, но удалось быстро утешиться тем, что вряд ли все настолько страшно, учитывая его и мое окружение… Нет, пожалуй, при таком раскладе будет еще страшнее!.. Так и есть: верные друзья несчастного (в смысле — жениха) должным образом побеспокоились о наличии необходимого реквизита и сейчас гордо предъявляли присутствующим открытую шкатулку впечатляющих размеров. Реакция у наших разнообразных гостей почему-то была одинаковой: сначала недоуменное молчание и короткий столбняк, потом попытка пощупать, чтобы убедиться в достоверности, а в завершение — дикий восторг, смех и сочувственное похлопывание будущего новобрачного по плечу…
Когда же от оглушительного хохота собравшихся вода в ближайших фонтанах стала плескать через край, с чердака замка в панике разлетелись все летучие мыши, а в горах наверняка произошла парочка внеочередных обвалов, я не выдержала и высунулась из окна почти по пояс, чтобы хоть одним сенсором засечь, в чем же там дело. Разглядела — и озадачилась не на шутку, не зная, как реагировать: в качестве моего сердца на бархатной подушке цвета морской волны красовался плод очень редкого дерева, произрастающего где-то чуть подальше чертовых куличек. Мне доводилось видеть и пробовать подобную экзотику, но те составляющие десерта были примерно вполовину меньше по размеру и не столь впечатляюще украшены природой.