— И что ты сделала? — спросила я, когда она замолчала.
— От некоторых очень много проблем, и вот когда этих некоторых нет, то нет и проблем, которые они порождают. Но у меня были только примерные черты для опознания: примерный возраст, цвет волос. — Горько усмехнулась принцесса. — Недавно пограничье, где был Тар, захлестнула целая волна убийств похожих девушек.
— Ты?…
— Спустила охотников за головами. Рыжеволосых в нашем пограничье поубавилось. — Признаётся она в причине гнева на неё императора. — Тарьер пообещал отцу, что лично меня уничтожит, если тот не примет мер и не лишит меня возможности… Поэтому и брачный договор с орками.
— Тогда на что ты надеялась? — удивилась я, садясь на кровати.
— Что смогу резко расширить свой резерв, и вдарить по кузену и его "истинной" заклятием очищения, вложив все силы в один единственный удар. Хотела уничтожить разом и свой приворот, и её проклятье. — Села рядом принцесса.
— Почему же передумала? — прижалась я плечом к её плечу.
— Появилась тут одна зверушка и напомнила мне, что я всегда могу быть принцессой. А принцесса императорской крови не сожалеет о своих ошибках. Она извлекает из них уроки. — Улыбнулась принцесса. — Держи. Моих сил и так хватит, чтоб перетряхнуть всю их степь до основания. А тебе нужно, чтобы отомстить. У тебя есть место, где ты смогла бы провести дней пять в горячке?
— Есть. Обитель. — Я аккуратно сжимала небольшой фимиам с мерцающей бордовым цветом жидкостью.
Пальцы запутались в цепочке, на которой он крепился, и которую только что сняла со своей шеи принцесса.
— Я не должна этого знать. — Улыбнулась принцесса. — Но учти, как будущая царица орков, потребую уступок по договору со степью от королевы Сарнии.
— Царица орков? Этот титул остался только в легендах. — Рассмеялась я. — Власть у орков не наследуется.
— Это пережитки прошлого, пусть привыкают к новым порядкам. — Прятала за озорной улыбкой слёзы Терриэль. — Надо только сократить расстояние между нашими границами.
— Конечно, главное не упустить один незначительный нюанс. — С серьёзным видом кивнула я. — Обычно, расстояние между Великой Степью и Сарнией принято называть Чёрной Империей. Боюсь, твой папа не одобрит сокращение расстояния между нами.
— Ндаа… Неудобно как-то с папой получилось. — Уже искренне улыбалась принцесса.
Впрочем, с императором действительно получилось неудобно. Её Высочество, не скрываясь, обвинила отца, что это из-за того, что он пытался интриговать и создать ситуацию, когда я буду вынуждена разорвать помолвку с Маргейтом и выйти замуж за лорда-протектора, мы обе оказались в западне. И только вмешательство орков спасло наши жизни.
О том, что и император, и лорд Тарьер и ещё многие лорды атаковали тварей, она решила не упоминать. Ведь первыми между нами и волной порождений Мрака на самом деле встали орки.
— Последите за языком, Ваше Высочество! — попытался осадить принцессу император. — Вы голословно обвиняете императора.
— К чему доказательства, если всё очевидно! Отец, вы даже мне проигрываете три шахматные партии из пяти! — усмехнулась принцесса. — Потому что ваша цель всегда понятна уже после нескольких ходов.
— Терриэль, ты моё дитя! Вспомни об этом, прежде чем задирать нос. — Свидетели того разговора в этот момент увидели не императора, а отца.
— Я всегда об этом помню, отец. Потому что природа взяла вас за образец, исправила все ошибки, и получилась я. — Нос принцесса и не подумала опускать.
Жаннет с нескрываемым восторгом пересказывала, что зал, где происходил этот разговор, принцесса покидала под гробовое молчание. К вечеру этот разговор оброс такими подробностями, что казалось, что Терриэль и Мраку его права и обязанности сможет зачитать.
Впрочем, император попытался взять реванш уже за ужином, когда посетовал, что орки живут по меркам имперцев почти на улице. А его дочь, принцесса, и привыкла к удобству и комфорту. И, мол, император переживает за здоровье и благополучие Её Высочества, а потому, предлагает дочери остаться во дворце.