— Да конечно. — Не отдавая себе отчёта, кивнула я, с ужасом глядя на Гардена и Патрика.
— Зачем? — только и могла спросить я, но присутствующие здесь лорды поняли по-своему.
— А зачем совершается большинство глупых и опасных выходок? — ответил мне один из подошедших целителей. — Ради славы, ради того, чтобы похвастаться силой дара и показать себя пусть и в ненастоящем, но бою. Тем более, когда на глазах у разозлившейся невесты. Не переживайте. И этих вылечим. До свадьбы всё заживёт.
Я уходила в портал следом за носилками, на которых лежал Гарден, и только машинально отмечала сочувствующие взгляды со всех сторон. Мысли, одна страшнее другой, не давали покоя. Даже когда я села в кресло, кем-то любезно пододвинутое к узкой кровати, на которой всё ещё без сознания лежал Гарден.
— Что же вы наделали? — сорвалось тихое с моих губ.
— Не переживайте, принцесса, всё наладится. — Мягко улыбнулась одна из целительниц, пожилая женщина с очень добрым взглядом.
Со стороны для всех всё было понятно. Лорды решили покрасоваться, вместо того, чтобы просто дождаться, когда их звери додавят зверей противника, и не удержали контроль, потому что заклинание новое. Видно сами чего-то доплели, превращая просто ветер в снежный смерч.
Только вот я понимала, что это был не ветер, подвластный Маргейтам. Это был именно снежный смерч, одно из проявлений родовой магии Сарнийских. А мелкие льдинки… Бастард моего опекуна управлял льдом. Я помню холодный укол в шею в потайных коридорах родного замка.
Вот почему Патрик, оставленный дома с Хеллой, оказался на аренах. И готовили они этот фокус с Гарденом давно. Потому что два заклятия легли ровно, сливаясь в одно, словно братья уже не раз отрабатывали этот приём. Патрик отлично выучил все переходы внутри арен…
Они просто ждали шанса, а после отравления Хеллы, видимо решили, больше не давать Маргейтам возможности уничтожить кого-то из нас.
Но Маргейтов вовремя погрузили в стазис, их вылечат и вся правда вскроется. Покушение на убийство… А ведь по закону Сарнии мой опекун и его сын просто лорды, и пусть я помню, что опекун уже пытался назваться Дартаном Седьмым, тем не менее, он не король. А значит, и покушение на равных по происхождению…
Патрика уничтожат, даже не задумываясь, он вообще известен как простолюдин. И лорд Дартан признавать его явно не станет. Мало того, что бастард, от которых лорд избавлялся, так ещё и не управляемый, уже показавший, что готов применять свой дар в борьбе. Лорд Дартан такого не потерпит.
Что ждёт Гардена и меня сложно представить. Но сохранить пробудившийся дар в тайне я вряд ли смогу.
Время за тяжёлыми раздумьями пронеслось незаметно. За окнами уже была ночь, когда я прислушалась к тишине в коридорах. На весах не просто корона и наследие моей семьи, а жизни. Наши жизни. Сразу всех. И тяжесть принятого решения на этих весах не перевешивала.
Я буду выть от страха и боли, потом я забьюсь в угол и буду скулить, зажимая рот кулаком. А сейчас я тенью скольжу вдоль стен. И захожу в большую палату, где разместили Маргейтов.
К концу первого дня соревнований было заполнено несколько палат. И нужную я нашла не сразу.
Артефакт, обеспечивающий стазис, лежал большой звездой на груди каждого из лордов. Большой кабошон в середине светился красными искрами. Никогда ещё ограничивающий артефакт с таким трудом не снимался с руки. Несколько секунд, и каждый из артефактов гаснет, покрываясь коркой льда. И когда я вернулась обратно к кровати кузена, за моей спиной остались три отнятые жизни.
Глава 25.
Тяжелый сон сморил меня только под утро.
— Белль, Белль, — звучало откуда-то издалека. — Ладно. Ари!
— Что? — тряхнуло меня. — Гарден? Ты зачем встал?
— Да со мной уже всё хорошо. — Заверяет меня кузен. — Чего ты переживала? Ты всю ночь? Здесь? Спасибо. Это странно ощущается… Я же никогда не был тебе хорошим братом или другом…
— Мы дали друг другу неразрывный обет, поклялись защищать друг друга до последнего. Мы не сможем друг другу врать. — Напоминаю ему шёпотом. — К тому же… Я слышала твой разговор с отцом, когда ты упал с лошади и сломал ногу. В тот вечер, когда напал на Хеллу. И методы убеждения, которые применяет опекун, тоже видела. Кстати, с лошади ты не сам упал.