— Вы были там летом — задумался Франц — снег на черном тает лучше, а это плато явно вулканического происхождения. Только если судить по твоим словам, как-то странно потоки в том месте шли
.
Рядом раздалось радостное тявканье, псы слезли с машины и с явным удовольствием скакали по свежему снежку, кувыркаясь и играя друг с другом. Даже Палевый, пусть и более осторожно, но довольно подпрыгивал. Люди невольно залюбовались этими мощными созданиями природы, вдобавок еще и дружественными человеку.
Корман указал рукой на псов и пробормотал: — Хороший знак, они не ощущают смертельной опасности.
Видимо и на остальных спасателей собачьи игры также произвели приятное впечатление. Люди начали улыбаться, предстоящая тяжелая дорога уже не виделась им в таком мрачном свете. Ведь в подобных страшных для человека местах им помогают только взаимная выручка и мужество предводителей. Только благодаря таким качествам люди смогли подняться над другими созданиями Природы.
— Тогда решено, идем этим маршрутом. Аарсон, что с машинами?
— Порядок, тестирование не показало неисправностей.
— Первым сейчас идет Прохоревич, в ста метрах впереди группы. Двигаемся еще четыре часа. За час до заката проведем дежурный облет, и будем искать место для ночлега. Всем все понятно?
Члены партии согласно закивали головой. У всех из них было право высказать свое мнение или обжаловать решение командира. Таковы были правила в спасательных экспедициях, рисковать то собственной шкурой приходилось одинаково всем.
Сугроб приподнялся, с него осыпался лишний снег и явственно проявились очертания человеческого тела. Жуткий синий свет обрисовал заиндевевшую голову, проявил мертвенную бледность кожи. Неожиданно глаза замерзшего человека открылись, и мертвец повернулся ней. Это был ее отец. Он пытался разлепить смерзшиеся губы, в его глазах читалось желание что-то прокричать. Закричала Светлана, вскочив в ужасе с водительского сиденья. Она с минуту ошеломленно озиралась, пытаясь понять, где был сон, а где явь.
— У тебя тоже началось? — раздался тихий шепот, Фадеева повернулась назад и увидела сидевшего на спальном месте Шарапова. Он с Францем устроился на менее удобном заднем лежаке.
— Ужас — только и смогла прошептать девушка и потянулась к термосу. Она накинула на себя спальник, но никак не могла унять дрожь.
— Сегодня многие не выспятся — зевнул бывший разведчик — Значит, приближаемся к этому проклятому месту.
Светлана уставилась в лобовое стекло. Темнота не была абсолютной, видимо звезды или луна все-таки просвечивали через этот постоянный слой тумана, а белоснежный налет отлично отражал свет. Поэтому абрис предметов и скал был неплохо заметен. В соседней кабине зашевелился дежурный, оттуда чуть слышался звук разговора, наверху тревожно заскулили собаки. Девушка вдруг поняла, что с момента их заезда на Пустошь, они ни разу не лаяли. Чего же они так сильно боятся?
— А что снилось вам, Рахмон?
— Хм — Шарапов свесил ноги и присел — Был у меня в начале карьеры случай, когда наш планетоид врезался в строящуюся станцию слежения. Половина катера оказалась разрушена, все кто там были, погибли. И изредка мне снится, что я остался на той половине, перед аварийно закрывшейся дверью отсека. Это ведь дело случая. Только за минуту до столкновения я вышел из кабины пилота.
— Вы все-таки фаталист.
— Не совсем. Но я верю: что-то незримо управляет нашей судьбой, ну, или кто-то.
Фадеева бросила удивленный взгляд в сторону этого сухопарого и странного человека. А ведь она его совершенно не знает! Хотя опять же, в обычной обстановке люди так не раскрываются.
Встали еще до рассвета. Этой ночью многим приснились кошмары, только Франц был энергичен и бодр. Остальные спасатели с неохотой принялись за свои дела: проверяли машины, осматривали крепеж оборудования или готовили завтрак. Фадеева к обычной сушеной рыбе добавила сегодня консервированный паштет. Псы с урчанием набросились на лакомство и сразу повеселели.
— Смотрите, даже Палевый прыгает — восхищенно смотрел на собак Прохоревич — Светлана, а как вы так быстро его вылечили?
— Он еще не полностью здоров, лапа будет еще с неделю побаливать, просто сейчас она пронизана нановолокнами, они и помогают ему спокойно передвигаться. Как только природные ткани восстановятся, волокна выйдут из него сами.