— Вот вам, дети, наглядная демонстрация судьбы офицерских жен… — вздохнула Анастасия Павловна. — Впрочем, о чем это я? — молодая женщина чуть виновато улыбнулась. — Кто из здесь присутствующих об этом не знает? И, кстати, который час? Ого, как время бежит, уже без десяти шесть… Пора…
— Надеюсь, ты с нами? — Аня взяла маму за руку.
— Ну, конечно… Вы идите. Я минут через пятнадцать-двадцать подойду. Мне же тоже надо в зеркало взглянуть. А то заявлюсь к вам на вечер в домашних шлепанцах, фартуке и с половником…
— Поверь, мамочка, если после торжественной части, то никто даже не заметит… — рассмеялась девушка. Поглядела на Тихона и всплеснула руками. — О, Боже!
Парень недоуменно оглядел себя и не увидел причины для столь бурного проявления эмоций.
Но Анастасия Павловна с дочерью согласилась.
— Да, с этим надо что-то делать. И очень, очень быстро.
— Но что, мамочка? У нас совсем нет времени. Это катастрофа! Ну, почему мне так не везет?
— Посчитай до десяти, — пробормотал Тихон, по-прежнему ничего не понимая. — Не бывает безвыходных ситуаций. Просто в некоторых случаях выход неочевиден.
— Что ты сказал? — встрепенулась хозяйка. — Ой, какой молодец. Я же совсем забыла... Впрочем, ничего удивительного. Почти пять лет прошло… Доча, можешь поцеловать молодого человека… в щеку… он умница. Я сейчас... — и Анастасия Павловна упорхнула из комнаты.
— Надеюсь, ты не собираешься следовать совету матери и целовать меня в щеку? — опасливо покосился Тихон на решительно направляющуюся к нему Аню.
— Конечно, нет, — мило улыбнулась девушка. Встала напротив, взяла парня за уши, и потянула к себе. А когда Тихон наклонился, не драться же с девчонкой, она обвила его шею руками и… поцеловала в губы. Не чмокнула по-быстрому, а нежно и долго, почти по-взрослому. Потом отпустила и отстранилась.
— Не понял? — парень недоуменно прикоснулся кончиками пальцев к влажным губам. — И что это сейчас было?
— Проверка на воспитанность, — фыркнула девушка. — Все остальное обсудим завтра на нудистском пляже… если не боишься?
— Я? — возмутился Тихон, пребывая в некой прострации, и даже толком не понимая, куда его приглашают.
— Вот и славно… — теперь пришла очередь растеряться Ане. Она ведь была уверенна, что парень откажется. — Надо ж перенимать передовой опыт родителей. Они плохому не научат.
— Вот, Тихон. Держи… — Анастасия Павловна остановилась в дверях, наметанным взглядом мгновенно оценила повышенную яркость румянца на щечках дочери, смущенность гостя, но оставила без комментариев. — Думаю, будет впору.
В руках она держала форменные брюки китель и парадный китель секунд-майора Даль-разведки.
— Это мне?
— Да… Это мундир твоего отца. Когда он уволился из отряда и перешел в Спас-отряд, они с Женей были у нас дома и сильно повздорили в тот вечер. Так сильно, что опрокинули бутылку с вином. Красным… Ребята, конечно, помирились, но белоснежный китель был испорчен безнадежно. Тем более, они решили сохранить инцидент в тайне даже от меня, и сами сунули одежду в стиральную машину. Чисто по-мужски решив, что максимальный режим стирки и есть самый лучший. Чистая шерсть такого варварского обращения, конечно же не стерпела, и мундир стал на два размера меньше. Зато тебе, Тихон, если мне не изменяет глазомер, он должен прийтись впору. Надевай… А что до знаков различия, которые тебе не по чину — так сегодня же маскарад. Уж если мне дочь разрешает с половником на бал заявиться, то и твоему досрочному повышению удивляться не станут. Да и не знает там тебя никто.
* * *
Анастасия Павловна угадала… В карнавальной круговерти выпускного бала скорее привлек бы внимание строгий деловой костюм, нежели безумство форм и расцветок. Здесь было все… Все, что только можно вообразить и слепить, не нарушая фундаментальных законов природы и общества. Платья из бабочек или лепестков далеко не самое вычурное, как и вариант Ева. Кстати, желающих покрасоваться перед бывшими однокашниками и учителями, так сказать, а ля натюрель, оказалось не меньше, нежели любителей экзотики. А изобретательность в вариантах «маскировки», позволяющие самым раскрепощенным красоткам балансировать на грани возмущения общественного порядка, вызывали уважение. И цветовой калейдоскоп огненно-рыжей Викуси в этом списке был далеко не самым оригинальным…
Что, впрочем, совершенно не мешало девушке выглядеть великолепно и не ощущать недостатка в кавалерах.