— Не знаю, дружище. И очень надеюсь, что ты прав. И эннэми думают так же. Туши свет… И приятных тебе снов.
— ИскИны не спя…
— Тогда просто помолчи. Будить разрешаю только в том случае, если нас обнаружат эннэми.
* * *
Пшеничное поле… Художник не поскупился на краски, и светло-желтое полотно цвело красными маками, ярко-синими васильками и, конечно же, белыми ромашками. Словно кто-то решил празднично приукрасить ниву, прежде, чем пузатые, пышные колосья лягут под жаткой комбайна и отдадут людям, зерно. Больше всего Тихон любил этот час, когда уже известно время выхода техники в поле, и влагометр отсчитывает последние минуты, когда солнце высушит выпавшую ночью росу, до требуемого для качественного обмолота уровня.
— Командир… пора вставать…
Поскольку Гулливер и Аня не могли в реальности разговаривать в унисон, а прежнее сновидение нравился ему больше — Тихон повернулся на другой бок, потащив одеяло на голову.
— Командир… Эй! Хорош дрыхнуть!
Дуэт не унимался, и парень попытался залезть под подушку. Поскольку как раз в этот момент начало снится что-то очень приятное, красочное, как в детстве… и Тихону очень хотелось посмотреть этот сон. Но не получилось — и одеяло, и подушка были беспощадно отобраны.
— Курсант фон Виден! Подъем!
— Да что случилось? — Тихон уселся на кровати, зевая и потирая глаза. — Ни днем, ни ночью покоя от вас нет. Который час?
— Бортовое время восемь часов шестнадцать минут… — тут же доложил ИскИн. — Местное, если внести поправку на скорость вращения планеты, примерно соответствует шести часам ровно.
— Офигеть! Шесть утра… У нас что страда началась? Комбайны в поле?
— У нас… ЧП.
Теперь отвечала Аня.
— Эннэми?! — Тихон вспомнил вчерашний день и пулей слетел с кровати. — Близко? Сколько времени осталось?
— Нет, нет… это не совсем то, о чем ты подумал.
— Подожди… — парень помотал головой, стряхивая остатки сна. — Ты сказала «ЧП»? Или мне послышалось?
— Да… — подтвердила девушка. — «ЧП». У меня подгорела яичница…
Тихон сел обратно.
— Это шутка?
— Ничего себе, шутка! — возмутилась Мирская. — Впервые в жизни! Ничего подобного со мной не случалось с шести лет. Мама умрет со стыда… если узнает… когда-нибудь.
— Ну, ладно-ладно… — Тихон взял девушку за руки, потянул к себе и усадил рядом. — Во-первых, — я ее быстро съем, и мы никому не расскажем об этом. Обещаю. А во-вторых, — я уверен, для такого ЧП была важная причина.
Девушка кивнула.
— Да, я как раз готовила завтрак, когда заявился старейшина Кнорс… Как и обещал, вместе с восходом.
— Ну и что, — пожал плечами парень. — Вполне мог подождать. Не велика птица.
— Он и ждал… А потом начал стучаться и что-то кричать. Я не поняла что, но решила выйти.
— А, ну да… — Тихон вспомнил, что Аня активировала экран от сканирования, из-за чего старик не мог передать ни ей, ни ему свои мысле-образы. — Помогло? Ты поняла, что он хотел?
— Поняла… — девушка вздохнула. — Он пытался сказать, что больше не чувствует присутствия черного бога. Совсем.
— Что?! — Тихон снова оказался на ногах. — Гулливер! Доложи немедленно о состоянии здоровья эннэми!
— Показатели жизнедеятельности равны нулю. Чужак мертв.
— Как мертв?! — Тихон все еще не хотел поверить, что произошло непоправимое и непредвиденное. — Что за чушь ты городишь?!
— Не понял вопроса. Прошу уточнить…
— Да все ты понял! — фон Виден погрозил кулаком в направлении ближайшей видеокамеры. — Хватит притворяться тупым роботом. Ты же ИскИн. С разрешением на самоусовершенствование. Отвечай, как такое могло случиться?
— Мне пришлось его убить…
— То есть как?
От избытка возбуждения, Тихон заметался по кают-компании, как хищник по клетке, так что Аня даже вернулась в кухонный отсек, и настороженно выглядывала из дверей.
— Когда пленник пришел в себя и осознал, в каком положении находится, то попытался задействовать механизм самоликвидации.
— Бред… Какой еще механизм? Он же не…
— Я не успел доложить. Когда вы легли спать, я пришел к окончательному выводу, что плененный эннэми — андроид.
— А раньше ты этого не мог установить?
— Нет. Очень качественная работа. Почти совершенная. Кое-какие узлы вызывали подозрение, но я не мог в них вторгнуться, не нарушая целостности организма. А от обычного сканирования они были хорошо защищены. Собственно, эта защита и стала косвенным подтверждением, что мы имеем дело с искусственным созданием.