Каждое утро меня рано будили, я вставала и завтракала с моей новой королевской семьёй. Атмосфера была такой ледяной, как сама страна, заморожена на минимум учтивости.
Родители Энакина с трудом простили меня за то, что я сорвала большой парад, и относились ко мне, хотя и вежливо, но с отчуждённостью, которая отступала медленно и которая, вероятно, была наказанием за мой проступок.
Я была не против того, чтобы родители вели себя так отстраненно, ведь в конце концов это они решали, когда наступит подходящее время, чтобы выбрать день свадьбы с Энакином. А я не стремилась стать его женой.
До тех пор мне нечем было заняться, кроме как ждать, когда пройдет время. Первую половину дня я проводила за чтением в библиотеке замка, у меня была хоть и маленькая, но надежда, найти где-нибудь что-то стоящее, что могло бы подсказать, где спрятан грааль патрициев.
Библиотека состояла в основном из исторических трудов о временах монархии. За последние два месяца я действительно перечитала всю скучную пятисотлетнюю историю, но у меня даже не возникло чувства, что я что-то пропустила в этом давно ушедшем времени.
В послеобеденное время Энакин настаивал на том, чтобы мы посещали захватывающие дух достопримечательности Антарктики или учувствовали в развлечениях королевской семьи. Не выражая никакого протеста, я ежедневно купалась с королевой в термальных источниках и посещала с Энакином и его отцом королевский музей и снежных драконов, которым я нравилась, так что они даже позволяли, чтобы я их кормила.
Морфей не отходил от меня ни на минуту и препятствовал тому, чтобы жители вступали со мной в контакт. Все мои яростные протесты ни к чему не привели, поэтому мне не удалось снова пообщаться с Анной.
Это казалось мне словно насмешкой, я находилась здесь, возможно рядом с моими родителями, но мне не позволяли найти их. С каждым днём моё отчаяние росло, пока я искала какую-нибудь лазейку. По крайней мере пару часов я хотела пробродить по улицам, отправившись на их поиски.
Но это было невозможно, за мной постоянно следили, не выпуская из виду даже на секунду.
Эникан точно знал, что заставил меня согласиться на свадьбу, но на удивление, он, кажется, также надеялся, что мой гнев когда-нибудь остынет, превратившись в симпатию. Как же сильно он ошибался! Всё было совсем наоборот. Мой гнев рос с каждым днём, пока я была заперта здесь.
Я откинула одеяло в сторону и встала. Как раз вовремя одела платье, расчесала волосы и заколола их наверх, когда в дверь постучали.
Я не любила, когда персонал захватывал меня врасплох, пока я спала. А потом они одевали меня и сопровождали к завтраку, как маленького ребёнка. Я всегда пыталась проснуться ещё до того, как они придут, чтобы избежать унизительного ритуала одевания.
Дверь сразу же открылась, но вместо женщин, чьи лица менялись почти каждый день, в дверях я увидела Энакина.
Не ожидая моего приглашения войти, Энакин ступил в помпезную комнату, в которой я жила с Рождества, и перед дверью которой круглосуточно дежурили либо сам Морфей, либо один из его людей, следя за тем, чтобы я не исчезла, вновь отказавшись от угрожающей свадьбы.
Я ненавидела эту тюрьму, полную ненужных вещей, письменный стол, заваленный бумагой и ручками, чаши для огненных шаров, которые согревали, в то время, как внутри меня всё замёрзло.
- Решающий момент наступит сегодня вечером, - сказал он, когда зашёл и прошёл к окну, где я сидела на поддоннике и выглядывала на улицу через зарешеченное стекло, которое не смогла разрушить даже с помощью моих новых, усовершенствованных сил.
Учёные Антарктиды были настоящими специалистами. Это я знала так хорошо, потому что каждый вечер повторяла упражнения из книги из Мантао, которые ещё остались в памяти, и каждый вечер безуспешно пыталась уничтожить оконную решётку.
- Что будет сегодня? - спросила я, не отрывая мрачного взгляда от зарешеченной панорамы, где снежные драконы вылетели на свою утреннюю прогулку. Они восторженно издавали высокие тона, гонялись и боролись друг с другом в воздухе, так же, как делали Ариэль, Аврора и другие драконы, по которым я так скучала.
- Сегодня вечером мы поженимся, - сказал Энакин с надеждой и так мягко, что я удивлённо оглянулась. - Время пришло, когда мы станем парой.