- Возможно, - задумчиво сказала я, разглядывая Энакина Арпади, который быстрым бегом промчался мимо нас. - Но какой мятежный подросток не сделает сначала то, что запретили ему родители?
- Тоже верно, - сказала Лиана.
- Именно, - сказала я. - Он кажется мне совершенно отставшим от мира.
Лоренц задумчиво кивнул.
- Если смотреть на это в таком свете, то это конечно объясняет, почему он не имеет представления о важных вещах в жизни.
- И что за вещи? - спросила Лиана и посмотрела на Лоренца так же нетерпеливо, как и я.
Лоренц стал внезапно серьёзным. В его глазах больше нельзя было ничего прочесть о шуточках и анекдотах о моде и манерах.
- Однажды кто-то написал, что любовь исцеляет сердце. Но что стоит любовь, если ты не свободен любить?
Слова Лоренца глубоко меня тронули и были такими неожиданными, что я действительно остановилась.
- Ты прав, - медленно сказала я.
- Не я, - быстро сказал он. - Это не мои слова, а Вэндолина Габриэль, - сказал Лоренц.
- Новая звезда на литературном небе? – улыбнувшись, спросила я.
- Понятия не имею, я купил книгу по дороге сюда в книжном магазине Шёнефельде, потому что новую публикацию Константина Кронворт пока что перенесли на неопределённое время.
Я одно мгновение подумала о книжном магазине господина Лилиенштайн внизу в городе. Мама купила мою старую детскую книжку там. Эта мысль снова отдалась болью в груди. Рана никогда не закроется, если я наконец сама не покончу с этой темой.
Я пообещала Адаму не возвращаться к этой истории, и мне нужно наконец выполнить обещание.
- С каких пор господин Лилиенштайн продаёт магическую литературу? - задумчиво спросила я.
- Понятия не имею, я спросил его о новой книге Константина Кронворта, и тогда он, больше не задав не одного вопроса, провёл меня на верхний этаж, где у него находится уголок с магической литературой. И я тебе так скажу, у него там действительно стоит парочка изысканных литературных лакомых кусочков. Он понимает своё дело.
- Странно, когда я спросила его летом об укрепляющем средстве, он сделал вид, что не знает, о чём я говорю, и сказал, что моя бабушка знает о таких вещах намного лучше, чем он. Я действительно подумала, что он не маг.
- Странно, - согласился со мной Лоренц.
- Нам пора завтракать, - ответила я и пошла дальше. Воспоминания о слабости, одолевавшей меня летом, воскресили также воспоминания о бесплодной поездке в Антарктику. Даже если Торин попытался объяснить, что путешествие было не напрасным, всё же я чувствовала, как меня грызёт разочарование. Я так много ожидала от этого путешествия, и предприняла его также ради родителей и бабушки. Глубоко внутри я думала, что смогу снова помириться с ней, когда наконец выясню правду.
Солнце медленно поднималось, и небо окрасилось в кроваво-красный. Не знаю точно, откуда вдруг появилось такое настроение, в то время, как я разглядывала роскошную игру красок надо мной, но в этот момент мне вдруг стало ясно, что я, скорее всего, слишком сильно увлеклась. У меня никак не выходила из головы Антарктика, и пока что толку от этого было мало.
- Что случилось?
Внезапно Лиана оказалась рядом.
- Я просто как раз думала об Антарктике и моих родителях, - вздохнула я, разглядывая первокурсников. Они останавливались на другой стороне двора, уставшие после пробежки. - Не так просто забыть об этом.
- Я знаю, - сострадательно сказала Лиана. - Но ты должна покончить с этим делом и смотреть вперёд. Это не значит, что ты оставила на произвол судьбы своих родителей, но сейчас тебе нужно сосредоточиться на других вещах.
- Точно, - подтвердил Лоренц. - В данный момент важнее думать о будущем. Мы еще ничего не предприняли, чтобы найти этот грааль.
- У нас до сих пор не было времени, - сказала Лиана, после чего начала вместе с Лоренцом раздумывать над тем, как в таком плотном графике найти хотя бы час, чтобы нам всем вместе сесть и начать строить планы.
Я, ухмыляясь, слушала их, в глубине души понимая, что они правы. Мы должны разрушить атрибуты власти, от этого зависит наше будущее, а один из них я уже превратила в пепел. Мы хорошо продвинулись вперед, нужно придерживаться этого и в будущем. Цепляться за то, что было в прошлом, все равно ничего нам не дало.
Я решительным шагом зашла в вестибюль и уже хотела подняться вверх по лестнице, как вдруг в конце коридора мелькнула седая голова Парэльсуса, направлявшегося в аудиторию. У меня появилась возможность узнать что-нибудь о развитии последних событий в палате сенаторов, да и об оставшихся атрибутах власти Парэльсус наверняка тоже что-то знал.