Энакин однако пользовался большим уважением среди студентов, потому что был гарантией свободного вечера. Также он показал своё мастерство, как наездник дракона. Он был первым и единственным жокеем в памяти Грегора Кёниг, который тридцать два дня подряд не был сброшен со спины Ариэля, и с каждым последующим днём, когда он летал на Ариэле, и тому не удавалось сбросить его с помощью своих крутых поворотов и безрассудных петель, его слава возрастала.
Репортёры «Мира драконов», которые устали постоянно наблюдать за «Святым яйцом», ревностно набросились на нового чудо-жокея. Меня это прекрасно устраивало, потому что теперь почти никто не обращал на меня внимания. Будучи плебеем, я всё равно не играла в команде слишком большой роли, пока Энакин фигурировал в качестве одарённого патриция. За это я действительно была ему благодарна, даже если он, при любой возможности, действовал мне на нервы своими неустанными лекциями об исторических кульминационных моментах. Но я сдержала обещание, и редко была грубой по отношению к Энакину, что он вознаградил своего рода простосердечной дружбой в мой адрес.
- Парень действительно попал на первую страницу «Мира драконов», - сказал Лоренц, когда в одно туманное утро мы сидели за завтраком, и он поднял вверх экземпляр газеты.
- Ничего удивительного, - ответила Лиана, рассматривая улыбающегося ей с обложки Энакина. - Он патриций и смог показать свой талант в управлении драконами. Меня скорее удивляет, что «Хроника Короны» до сих пор ещё ничего не сообщила об этом вундеркинде. Кстати, где он, обычно он сама пунктуальность?
Лиана огляделась вокруг. Энакин действительно еще не вышел к завтраку, что было для него необычно.
- В старой аудитории его не было, - устало зевнул Лоренц. - Точно так же, как и Парэльсуса.
- Он наверняка уже давно знает, что мы некоторое время следим за ним.
Я задумчиво помешивала мюсли. Несмотря на то, что меня отвлекали дела, появившиеся с наступлением семестра, я снова погрузилась в сковывающую темноту, которая особенно усиливалась в те моменты, когда Адама долго не было со мной.
Я снова подумала о Парэльсусе. Эта дверь, за которой он исчез, имеет какое-то отношение к его плану по свержению патрициев, либо через нее можно зайти в палату сенаторов. Но я никак не могла понять почему вдруг Парэльсус связался с палатой сенаторов, ведь он терпеть не может патрициев, которые не давали ему того, что, по его мнению, ему причиталось. Или его подкупили, и он не смог устоять перед щедрым вознаграждением?
Мысли крутились в голове, мне так хотелось пролить свет на эту темную историю. Но Парэльсус был очень осторожен и не раскрывал карт. Со мной он вообще не разговаривал и постоянно избегал, обращаясь со мной как с воздухом. Просто проходил мимо, когда я оказывалась на его пути. Ему давно было известно, что Лиана, Лоренц и Ширли были моими друзьями, поэтому с ними он поступал точно также. Тем не менее это дело не давало мне покоя, я буду и дальше преследовать его. Парэльсус уже доказал, что имеет свои способы добывать информацию.
- Возьму-ка я себе еще кофе в Вилла дель Мар, а то засну на лекции.
Лоренц снова зевнул. Я посмотрела на наручные часы.
- Энакину уже пора бы появиться. Когда он присутствует на семинаре водной теории, то профессор Пфафф просто душка, а чем лучше настроение профессор Пфафф, тем меньше домашнего задания он даёт на выходные.
- Может он действительно пытается уклониться от лётной школы? - ухмыльнулась Лиана.
Сегодня после обеда начинались теоретические занятия в автошколе господина Трудиг, а Энакин выглядел не слишком воодушевлённым, когда узнал, какая учебная программа его ожидает. Хотя, подумала я. На самом деле никто не выглядел воодушевлённым, когда мы узнали, что в пятницу после обеда нужно появиться в Шёнефельде, чтобы отсидеть там два часа на теоретических занятиях. Большинство студентов пересекали Шёнефельде только чтобы попасть в Тенненбоде или вернуться домой.
- По правде говоря я тоже не горю большим желанием, но это всего десять уроков, которые нужно будет выдержать, а потом, наконец, начнутся практические занятия. Я не могу дождаться, когда увижу мои крылья. А их можно будет перекрасить?
Он вопросительно посмотрел на меня.
- Понятия не имею, Лоренц. Крылья имеют тот же цвет, что и волосы, но я бы не стала пробовать. Риск разбиться слишком высок, если у тебя внезапно начнут выпадать перья.
- О! - Лоренц распахнул глаза и понимающе кивнул.
- Мы смогли бы потом пойти ещё в кино, - предложила Ширли.
В последние недели она стала немного мягче, как будто шок, который она пережила и последовательно от нас умалчивала, постепенно тускнел.