- Что? - Глаза Лоренца округлились. - У тебя видение или ты получила сообщение? - Он затряс мою руку.
- Это Бальтазар, разве ты не понимаешь?
Я посмотрела на Лоренца.
- Парэльсус был прав. Бальтазар не исчез, он дергает за ниточки где-то на заднем плане. Если снова введут это заявление о намерении вступить в брак, то это будет первым шагом к монархии, то есть к тому, чего всегда хотел Бальтазар. То, что он появится и найдет способ стать королем, лишь вопрос времени. Газета тоже находится под его контролем, очевидно, что «Хроника короны» поддерживает его ложь.
- Это... - Лоренц ахнул.
Но прежде чем я успела подумать, как нам справится с ситуацией, позади резервуара с водой вспыхнул яркий свет.
- Быстрее!
Я потянула Лоренца за руку, и мы бросились под стол. Раздался звук захлопнувшейся двери. Этот металлический звук еще долго звучал в помещении, я надеялась он заглушал мое учащенное дыхание. Затем свечение исчезло, и послышались быстрые шаги. Я затаила дыхание и прислушалась, когда мимо края стола прошли чьи-то ноги. Лоренц рядом со мной тоже перестал дышать, глядя неподвижным взглядом на коричневые туфли, проходившие мимо нас.
Мы одновременно облегченно вздохнули, когда дверь закрылась, а шаги удалились по коридору.
- Значит Парэльсус выбрал новое время, чтобы ходить через свою дверь, - сказал Лоренц.
- Очень умно, - вздохнула я.
Теперь мне придется прогулять лекцию, чтобы выяснить, как открывается эта дверь. Мое отсутствие быстро заметят. Я выползла из-под стола и вытянула ноги. Затем сбежала вниз по лестнице и снова обследовала пустую стену.
Положив обе руки на холодные камни, я закрыла глаза. Холод пробирался в руки, а под кожей ощущалось легкое жужжание. Здесь была магия, причем довольно много, но она была так далеко, что я не слышала и не чувствовала ничего конкретного. Никакого жужжания металла или воды, никаких звуков огня или ветра. Я открыла глаза. Без волшебных слов, с помощью которых можно было бы открыть дверь, мы не продвинемся дальше. Добровольно Парэльсус их нам не скажет. Я в последний раз погладила шершавую стену и бросила мрачный взгляд на Лоренца, стоявшего позади меня.
- Что нас ждет? - тихо спросил он, и я сразу поняла, что он имеет в виду.
- Думаю, теперь всё станет намного серьёзнее, - сказала я с мрачной ноткой в голосе, который испугал даже меня. Верить в то, что всё будет продолжаться так же гармонично, как до сих пор, было иллюзией. В палате сенаторов что-то происходит, и совершенно очевидно, что Бальтазар на заднем плане задаёт тон, чтобы подготовить Объединённый Магический Союз стать снова монархической страной.
- Бальтазар хотел тебя убить, после того, как ты перестала быть ему полезной, - напомнил мне Лорец, когда мы медленно поднимались по ступенькам. - Он способен на всё. Что, если речь идёт снова о тебе.
- Навряд ли. - Я отмахнулась. - С меня ему больше нет никакой пользы, а для его амбициозных целей я стала совсем неважной.
- Он даже приказал отравить студентов, чтобы подобраться к тебе.
Лоренц положил руку на ручку двери.
- Возможно, но тогда я ещё представляла для него ценность. Между тем я стала просто крошечным камешком на краю его пути. У него уже давно появился новый план. Он, как и прежде, преследует цель свергнуть Виллибальда Вернера, чтобы короновать самого себя, но каким способом он собирается этого достичь?
- Боюсь, скоро мы это выясним, - мрачно сказал Лоренц.
- Нужно возвращаться на лекцию, - вздыхая ответила я. - Продолжим разговор сегодня вечером, после того, как посмотрим фильм про зомби.
- Я скажу Ширли, что мы пойдём вместе с ней, - сказал Лоренц.
- Хорошо, иди вперёд, а я последую за тобой через десять минут.
Лоренц кивнул, и мы направились к лекции профессора Пфафф, разделившись.
Вечером без пяти четыре дрожа от холода, мы выстроились на небольшой рыночной площади Шёнефельде, ожидая, что господин Трудиг наконец откроет двери своей автошколы. В том, что ученики ждут перед дверью автошколы, не было ничего необычного, поэтому спешащие мимо жители Шёнефельде не обращали на нас внимания. Я переступала от холода с ноги на ногу.
- Энакину каким-то образом удалось увильнуть от уроков автошколы, - отметила я, скользнув взглядом по лицам собравшихся.
Лиана кивнула.
- Адам тоже отлынивает, но я не могу себе позволить что-то подобное. Благородные патриции всегда получают специальное разрешение, когда просят.
- Ну, для разнообразия должен сказать, что я рад, что ни Энакина, ни Адама здесь нет, - сказал Лорец. - Это вызвало бы у меня только депрессию. Эти оба могут отлично летать, и, наверное, уже давно получили свои лётные права. В отличие от тебя, моя дорогая. Ты ведь даже не можешь устало запорхать крылышками, - напомнил ей Лоренц.