С высоко поднятой головой я улыбнулась собравшимся и заработала благожелательные кивки.
Гвидо Арпади польщённо улыбнулся.
- Здесь действительно есть много чего, на что стоит посмотреть. Обязательно сходите к горячим источникам! Я обожаю это место. Моя жена каждый день ходит туда купаться, и я уверен, что благодаря этому ритуалу она так прекрасно выглядит, - Гвиндо Арпади улыбнулся своей жене, которая сидела рядом с ним, скромно опустив глаза.
Видимо кроме королев минувшей монархии, женщинам высшего класса не разрешалось действовать уверенно, заметила я, разглядывая опрятный внешний вид жены Гвидо Арпади. Она заколола свои тёмные волосы в такую же искусную причёску, какую сделала сегодня вечером я, только в её волосы были вплетены ещё переливающиеся жемчужины, благодаря которым она действительно выглядела как королева.
- Звучит замечательно, - сказала я, не отрывая взгляда от робкой королевы, которая казалась больше аксессуаром, чем индивидуумом. - Эникан уже хотел показать мне сегодня ваш семейный музей. Я с нетерпением жду, когда его увижу.
- Значит он сразу выбрал самое лучшее, чтобы произвести на вас впечатление.
Гвидо Арпади сделал глоток из своего бокала и произнёс тост в честь богатства Антарктики, к которому с энтузиазмом присоединилась вся компания за столом.
После ужина Энакин вывел меня из салона, и мы прошли через парк замка к прилегающему музею.
Так как мы были единственным посетителями, я предположила, что хранящиеся здесь сокровища доступны только для феодального общества. Моя надежда, что грааль патрициев находился среди этих сокровищ, выросла.
Но как же мне его идентифицировать? Я понятия не имела, как он выглядит. Единственное, что я знала это то, что ему примерно 2000 лет и что он укрепляет власть семьи Арпади. Как именно я его опознаю, было не ясно, я могла только надеяться, что Энакин даст мне какую-нибудь подсказку.
С чрезмерным энтузиазмом я оценила корону Милларда, которую Энакин показал мне в первую очередь. Она действительно была изумительной и наверняка бесценной. Сделанная из чистого золота, на ней красовались пять драгоценных камней, из которых каждый был размером с куриное яйцо.
- Корону одевает только правящий король на самых больших праздниках, - объяснил Энакин. - На Рождество, это как раз снова произойдёт. Парад в праздничные дни - это традиция.
- Корона действительно достойна короля, - сказала я под впечатлением. - А аллеи и улицы Антарктиды превосходные кулисы для парада.
Энакин прислонился к витрине и посмотрел на меня.
- Что с тобой? - спросил он совершенно неожиданно.
- А что со мной не так? - небрежно спросила я в ответ, в то время, как моё сердце неистово стучало от волнения.
Я перегнула палку? Он заметил мой маскарад и теперь разоблачит меня?
- Ты ведёшь себя необычайно мягко, - сказал он, задумчиво вытянув губы в трубочку. - Это кажется мне странным.
Я лихорадочно размышляла, как спасти ситуацию.
- Знаешь что, Энакин, - в конце концов сказала я. - Я соврала насчёт простуды.
Я посмотрела на него с вызовом.
- Я уже догадывался, - улыбнулся он, уверенный в победе и оттолкнулся от витрины.
- Правда в том, - продолжила я твёрдым голосом, - что мне нужно было время, чтобы подумать.
- Правда?
Энакин смотрел на меня, будто ожидал пощёчину. В этот момент я поняла, что он боится того, что я отвергну его. Глубоко внутри он видимо действительно надеялся, что всё это было по-настоящему. Что его план, переманить меня на свою сторону сработает.
Но его представления о любви были так далеки от моих, что нас никогда в жизни не будет связывать больше, чем ненависть.
- Я пришла к выводу, что ты прав, - сказала, глядя ему прямо в глаза.
- Королевская кровь слишком дорога, чтобы не придавать ей надлежащим образом значения. Я не принадлежу к низам. Моё происхождение требует большего.
Я гордо подняла голову, чтобы ещё подчеркнуть мои слова, и отметила, как выражение лица Энакина от отклоняющей осторожности превратилось в удивлённую радость.
- Мои предки были королевами, гордящимися своей страной и историей. Все они были сильными женщинами, ведущими целый народ. Это не справедливо, что в конце такой могущественной линии получаешь только презрение. Имя фон Норденах не следует забывать. Мои прародительницы заслужили, чтобы о них помнили с уважением.
- Речь, достойная королевы.
Энакин был впечатлен и поцеловал мне руку.