— Меня через часик отпустят, — пропела она, — а вот за тебя залог некому вносить. Будешь куковать тут до утра. И, кстати, я позвонила Андрею Ивановичу и сказала, что его сын спровоцировал драку двух девушек. Думаю, что на сегодня счета Тимура заблокированы. Он тебе тоже не поможет.
— Мне плевать и на твоего Королева, и на его счета, — вспылила Вася. — Меня волнует только то, что я по твоей милости оказалась в этом месте. Мне стыдно, ясно тебе? Стыдно! Хотя, тебе такие чувства неизвестны. Тебе неизвестны обычные человеческие чувства, такие как уважение, стыд, сострадание, вежливость. Ты знаешь только два слова — «я хочу». Но не все в этой жизни будет так, как ты хочешь. Заруби это себе на носу!
Вася со злости несколько раз ударила себя пальцем по носу, которые еще болел после удара соперницы, и вынуждена была поморщиться.
— Бла-бла-бла…., — передразнила ее Лада. — Какие мы, оказывается, честные и порядочные. Еще бы также честно призналась бы, что втрескалась в моего парня! А то все врешь в лицо!
На это Васе было нечего ответить. Она почувствовала, как кровь заливает лицо, и отвернулась. Возразить язык не поворачивался, да и сил спорить уже не было. Она сложила на лавке мастерку и свернулась на ней калачиком.
Неизвестность пугала. В голову лезли нехорошие мысли. Эта вертихвостка наверняка напишет заявление об избиении, хотя сама спровоцировала драку, но кто же в это поверит? Папочка внесет за нее залог, после чего она первым делом отправится в салон исправлять сломанные ногти. А ее саму ждет суд.
От этих раздумий заболела голова. Вася закрыла глаза и попыталась заснуть. Сон не шел. Она никак не могла избавиться от ощущения тревоги. Ей удалось окончить только один курс юридического факультета и теперь в памяти кружили отрывки лекции по административному праву: «Хулиганство — штраф или арест до 15 суток. Но если дело будет квалифицировано по 116 статье, то здесь уже все гораздо серьезнее», — вещал преподаватель.
«Побои или иные насильственные действия….. наказываются обязательными работами, либо исправительными работами, либо лишением свободы до двух лет».
Вася проснулась от собственного вскрика. Она села, провела рукой по вспотевшему лбу и глубоко подышала. Перед глазами все еще мелькали сцены из ее тревожного сна — суд, прокурор, скамья подсудимых, ухмыляющаяся Лада Романова.
Девушка, вспомнив о своей обидчице, посмотрела в сторону ее камеры, но была вынуждена резко встать. Вместо ее соперницы на лавке сидел Королев. Он прикорнул, вытянув ноги и сложив на груди руки. Голова слегка склонилась набок, глаза были прикрыты.
Вася подошла к решетке и постучала по ней. Мужчина только недовольно фыркнул, а затем склонил голову на другую сторону, продолжая дремать.
— Королев, — окрикнула она его. — Просыпайся! Не прикидывайся тут!
Вася и сама не знала, зачем ей нужно было его будить, но любопытство распирало ее изнутри, ей ужасно хотелось узнать, куда подевалась Романова, и что забыл здесь этот бабник.
Мужчина открыл глаза, протяжно зевнул, потом почесал подбородок. И только после этого посмотрел в сторону Василисы. От нетерпения Василиса чуть не лопнула.
Теплая и искренняя улыбка тронула его губы, стоило ему посмотреть на нее. Лицо его сразу стало притягательным, манящим, чутким. Вася не могла отвести взгляда, поражаясь силе его улыбки.
— Привет, — он махнул в воздухе рукой. — Как дела?
— Как ты здесь оказался? — повторила Вася свой вопрос.
— Разбил стекло в машине какого-то мажора на стоянке у участка.
— Что? — девушка округлила глаза.
— Это было не так уж сложно — один булыжник и дело с концом. Он не обеднеет. Сделает к вечеру.
— У вас был конфликт? Зачем ты это сделал?
— Ну, — Королев вновь почесал подбородок, будто раздумывая, отвечать или нет, — по-другому сюда было не попасть. Денег отец меня лишил, наличных на залог не хватало, взятку дежурный брать отказался.
— Я все еще не пойму, зачем ты здесь? — Девушка пристально посмотрела на него. В воздухе повисла пауза. Королев молчал, не сводя с нее взгляда.
От его медовых карих глаз исходило какое-то странное тепло, обволакивающее и усыпляющее. Вася не знала, как реагировать не его присутствие. Зная Королева, можно было не удивляться такому эпатажу, но что-то в его взгляде, в выражении его лица говорило ей, что на этот раз он не издевается.
— Я же сказал уже, — мужчина встал и подошел к решетке, от которой Вася тут же отпрыгнула, как теннисный мячик. — Мне нужно было попасть внутрь, поэтому пришлось совершить правонарушение. Но ты не переживай. Кирилл вернется в город к вечеру. Думаю, завтра утром уже выйдем.