— А Кирилл где? — спросил он, усаживаясь напротив Василисы.
Девушка подпрыгнула на месте, почувствовав, как его нога коснулась под столом ее ноги. Это, очевидно, повеселило мужчину. Он улыбнулся и подмигнул ей, заставив ее вновь залиться краской.
— А наш-то уехал уже, забежал ко мне на минутку, сказал, чтоб Василису сильно не пытала, а потом поехал по делам. Сказал, надо характеристики Василисины с прошлого места работы взять. Хлопочет все, хлопочет.
— Ясно, — кивнул Королев. — Значит, все-таки оставил девушку тебе на съедение.
Вася ничего не поняла, но смутилась еще больше. Кусок больше в горло не лез. Она отставила тарелку и взяла в руки чашку с чаем.
— Я тебя подвезу домой, — обратился он уже к девушке. — Моя машина тут осталась.
— Не стоит, я и сама могу, — начала она отнекиваться, но он посмотрел на нее так строго, что девушка вынуждена была замолчать.
— Спорить нельзя, отказываться от помощи нельзя. Запоминай первые два правила поведения девушки Тимура Королева.
Вася ничего не успела ответить. Пространство оглушил звук упавшей на пол посуды. Они оба повернули на шум головы и увидели, что экономка стоит с открытым от удивления ртом, а под ногами у нее лежат осколки большого цветастого подноса.
— Ты чего это, теть Люб? — спросил Тимур, поднимаясь с места. — Давай, я помогу собрать.
— Нет-нет, все в порядке. Просто выскользнуло из рук, — она закачала головой и как-то хмуро посмотрела в сторону Васи, а затем спохватилась, принявшись собирать осколки. — Так, зачем ты, говоришь, машину чужую разбил?
— А, это, — вспомнил Королев, усаживаясь на место, — мне надо было как-то попасть внутрь. Не хотел оставлять Василису одну в камере.
Вася чуть не подавилась глотком чая. Она застыла, рассматривая довольное лицо Королева, а в сердце вдруг что-то запело, зацвело. «Я не хотел оставлять Василису одну» — эхом в ушах отдавали его слова. Она не заметила, как ее губы прошептали:
— Я тоже люблю тебя….
Глава 20
Первое, что бросилось в глаза — столпотворение людей у подъезда. Живое море, которое шевелилось, гудело, пенилось. Ничего хорошего это сборище не предвещало, на лицах людей читалась озабоченность, злость и бессилие. У Васи неприятно засосало под ложечкой, и это был не голод.
— Что это у вас тут? — спросил Тимур. — Собрание жильцов?
— Понятия не имею, — обеспокоенно ответила Василиса. — Вот тут притормози.
— Окей.
Машина остановилась в паре метров от нужного места. Проехать ближе было невозможно, потому что на тротуаре толкалось человек двадцать, а то и тридцать, и почти все они были соседями с нижних этажей. Многих Вася знала лично, остальных в лицо.
— Что-то случилось, — проговорила девушка, выходя из машины.
Тимур нахмурился, заглушил мотор и тоже вышел на улицу. Сразу с десяток пар глаз уставились на вновь прибывших. Взгляды были отнюдь не добрыми. Вася начала переживать еще сильнее, чувствуя, как ее буквально пытаются убить глазами. Она подняла голову к верху, чтобы посмотреть в окна своей квартиры на предпоследнем этаже, но ничего не выдавало беды. Все было, как обычно.
— Явилась? — злобно выкрикнула пожилая женщина в поношенных, но чистеньких терракотовых брюках и ярко-розовой блузке. Вася узнала ее — это была соседка снизу, Нэлли Павловна. Дама весьма экзальтированная, на каждом шагу упоминающая классиков и свои молодые годы, которые она провела в качестве секретаря какого-то депутата, чем весьма гордилась.
— Добрый день, — поздоровалась Вася. — Почему вы так разговариваете со мной? Что здесь происходит?
Она недоуменным взглядом прошлась по лицам соседей, который смотрели на нее, как на врага, но в ответ получила целый шквал упреков:
— Пока ты гуляешь с красавчиками, да по телевизору маячишь, у нас квартиры затопило!
— Не нагулялась еще, гулена? Тебя не учили кран в ванной закрывать перед уходом из дома?
— Да ты хоть знаешь, во сколько мне обошелся ремонт!?
— Да-да, нам еще и слесаря пришлось вызывать, и взломщика дверей! Кто нам это возместит?
Голоса смешивались, люди перебивали друг друга, наперебой выкрикивая обвинения. Вася машинально попятилась назад, пытаясь спрятаться от шума за фигурой Королева, но ничего уже не могла с собой поделать. В ушах зазвенело, ноги стали ватными, сердце замерло, а потом резко ударилось о грудную клетку, отчего к голове прилила кровь. Она увидела, как перед глазами замельтешили мушки. Еще бы чуть-чуть, и она упала бы в обморок, но сзади ее ждали крепкие руки Тимура.