— Вот и прекрасно, — Тимур потер ладонями, — так что насчет блинчиков? Не хочешь блинчики, я могу попросить сделать омлет.
— Блинчики меня вполне устраивают, — ответила Василиса, руки которой, наконец, перестали дрожать, и она с огромным удовольствием отправила в рот первый кусок. — Очень вкусно, спасибо!
— Кстати, — спросила осмелевшая девушка, дожевав еду, — ты вчера весь день потратил только на мой потоп, или был где-то еще?
— Нет, только решал вопрос с твоим потопом, — ответил Тимур. — Там все еще сыро. Думаю, тебе придется остаться у меня еще на пару дней.
— Спасибо большое, но не нужно. Я не привыкла ночевать в чужом доме, чувствую себя неспокойно, — начала она отнекиваться, но Королев перебил ее:
— Ты сегодня плохо спала? Что-то тебя беспокоило? — участливо спросил он.
— Нет, — честно ответила Василиса, — спала, как убитая. Но, думаю, дело просто в том, что у меня накануне была тяжелая бессонная ночь.
Мужчина скривил губы и отрицательно замотал головой.
— Совсем так не думаю. Просто ты чувствовала, что любимый рядом.
Вася замерла на этих словах с вилкой в руках. Сердце гулко ухнуло в груди, а затем разбежалось, застучало, разгоняя кровь по венам. Что-то горячее зажглось по всему телу. Она схватила стакан с апельсиновым соком и залпом опрокинула его, пытаясь потушить этот огонь внутри себя.
— Что такое? — мужчина придвинул стул поближе к ней и положил руку ей на спину, отчего у Васи тут же сработал защитный рефлекс.
Девушка резко дернулась, вставая со стула, а затем зажалась в углу балкона, чувствуя, как по лицу катятся слезинки.
Его прикосновение заставило ее вновь обороняться, а она так хотела сдаться ему! Вася сама не знала, отчего расплакалась — то ли от того, что ее страхи и ужасы никак не дают ей спокойно жить и любить, то ли от того, что опять обидела Тимура.
— Вася, ты в порядке? — Он виновато посмотрел ей в глаза. — Прости, пожалуйста. Если тебе совсем невмоготу здесь оставаться, я могу снять тебе на время гостиницу или квартиру….если мое присутствие так сильно тебя смущает. Только не надо возвращаться пока в свой дом. Там опасно для твоего здоровья, повсюду сырость.
Услышав эти слова, наполненные страхом за нее и заботой, девушка разревелась в голос. Она села на корточки и закрыла лицо руками. Королев встал из-за стола и присел с ней рядом.
— Почему ты плачешь? Что случилось? Почему ты так реагируешь на мои прикосновения, на близость со мной? Ты боишься меня?
В его голосе было столько боли, столько непонимания, столько мольбы, что Василиса почувствовала себя ужасно гадко. Она подняла на него зареванные глаза и проговорила:
— Мне очень нужно с тобой серьезно поговорить, понимаешь? Когда я расскажу тебе то, что должна, ты все поймешь. Пожалуйста! Давай поговорим.
Королев осторожно уложил ей ладонь на голову и нежно погладил.
— Тише, — приговаривал он, оглаживая ее волосы, — тише. Мы обязательно поговорим. Но сначала ты успокоишься. Договорились?
Мужчина ласково заглянул ей в глаза, отчего на сердце стало теплее. Неожиданный порыв вдруг бросил ее в объятия Тимура. Она протянула к нему руки, обняла, уложив голову на плечо. Они медленно встали, не отрываясь друг от друга. Тимур едва дышал, боясь спугнуть ее. Сейчас она не боялась его, потому что чувствовала, что рядом с ней друг, который от всего сердца хочет ей помочь.
— Прости меня, — проговорила она. — Прости.
— Ничего, — он продолжал гладить ее. — Ты все расскажешь, а я все пойму. Так ведь?
— Угу, — всхлипнула она.
— Тогда тебе не за что просить прощения.
Вася замолчала, прикрыв глаза и вдыхая аромат, исходящий от его кожи. Так хорошо и спокойно ей не было очень давно. Это были ее вторые родные объятия после того, как она потеряла отца.
Глава 27
На фазенду ехали молча. Королев взял с нее слово, что она успокоится и придет в себя, и только после этого сможет сказать ему то, что так сильно хочет. Вася же не стала возражать. Ей действительно была нужна эта передышка. Она лишь изредка бросала косые взгляды на серьезный профиль любимого, утайкой, чтобы он не заметил. В голове же творилась настоящая сумятица. В памяти постоянно крутился вчерашний вечер и разговор, который состоялся между отцом и сыном. Этот непростой разговор многое для нее прояснил.
Она тогда ужасно испугалась, увидев Тимура в дверях. Ужас овладел ею при мысли, что он мог услышать фразу отца про ее замужество и ответ Кирилла.
— И что же или кого же он видел своими глазами? — спросил тогда Королев.