Выбрать главу

— А, то есть, ты признаешь, что следишь за его жизнью? — спросила подруга.

Девушка еще сильнее заплакала и опустилась на пол. Ее тело сотрясали рыдания. Она чувствовала себя полным ничтожеством, человеком, который не может совладать с собственными чувствами.

— То, о чем ты думаешь, это не так, — Даша опустила рядом и прижала ее к себе, — это не так, милая.

— Пожалуйста, больше не говори со мной об этом, — Вася утерла рукавом слезы и с мольбой посмотрела на подругу, — этот вопрос для меня закрыт, раз и навсегда. Мужчины для меня не существуют.

— Хорошо, — кивнула девушка, — хорошо. Пусть так. Жизнь покажет, закрыт этот вопрос, или открыт.

— Ты куда-то шла? — Вася, наконец, разглядела подругу, которая успела переодеться.

— Да, собиралась уходить, такси ждет.

— Тогда поезжай, — она кивнула в сторону выхода из клуба. — Хватит со мной возиться, не маленькая.

— А ты? Поехали со мной, такси подождет еще пять минут.

— Нет, мне нужно сперва успокоиться. Я дождусь, пока он уедет, а потом еще побуду с Агатом. Он хорошо на меня действует.

— Ладно, — Даша поднялась и протянула ей руку, — вставай. Хватит киснуть. Сходи, прими душ, успокойся, приди в себя.

— Как скажешь, босс — девушка через силу улыбнулась. — Ну, все, иди уже! Со мной все в порядке.

— Уверена? — Дашка пытливо заглянула подруге в глаза.

— Уверена, иди уже, — отмахнулась Вася.

После того, как подруга скрылась за дверью, она заставила себя встать, насухо вытерла рукавом мокрое от слез лицо и зашла в раздевалку. В этот час она могла уже не опасаться, что сюда войдет кто-то из членов клуба, поэтому спокойно разделась, достала из шкафчика полотенце и сланцы и зашла в душ.

Вода действовала на нее, как релаксант. Она раз за разом смывала дурные воспоминания, обволакивала, возвращала в детство, в котором отец нес ее на руках, укутанную в полотенце, усаживал на кровать и долго-долго расчесывал волосы.

«Волосы — твое богатство и моя гордость, доченька», — говорил он, — «если однажды тебе взбредет в голову их отрезать, то подумай о том, что ты лишаешь меня гордости и не делай».

— Не сделаю, папа, — прошептали ее губы.

Василиса ласково провела рукой по длинным мокрым прядям, и лицо озарила светлая улыбка. Воспоминания об отце всегда шли ей на пользу. Вот и сейчас на душе стало легче. Она вновь почувствовала себя его маленькой девочкой, и все невзгоды испарились, как вода, будто их никогда и не было.

Голос из раздевалки заставил ее вернуться из воспоминаний в реальность.

— Инструктор, ты здесь? — узнала она его голос, и сердце вновь застучало так быстро, что она припала к стене, чтобы вдруг не упасть, если случится обморок. — Я знаю, ты здесь! Выходи!

— Выйдите! Это женская раздевалка! — Девушка выключила воду и обмоталась полотенцем, после чего крепко схватилась за дверную ручку, чтобы не дать ему возможности ворваться в душевую.

— Тренер, ты была права! Лошади не любят пьяных, — его голос звучал как-то странно. В нем сквозила самоирония, какое-то веселье и, в то же время, чувствовалась боль.

Вася не удержалась и приоткрыла дверь, просунув в образовавшийся проем голову. Королев стоял прямо посреди раздевалки и улыбался. Его торс был туго обмотан эластичным бинтом, а сам он одной рукой будто придерживал ребра с левой стороны. В другой руке он держал красивый бумажный пакет — один из тех, в которые складывают одежду в дорогих бутиках.

— Немедленно выйдите! — скомандовала девушка, продолжая смотреть на его забинтованный торс.

— Тебе не интересно, что со мной произошло? — спросил Королев.

— И так ясно, что Агат сделал, — ответила Вася, — а теперь выходите. Вызовите такси и поезжайте в больницу. Нужно проверить, нет ли перелома. Вам надо сделать рентген.

— Вай-вай-вай, — пропел мужчина, цокнув языком, — а я думал, что совсем тебя не волную.

В его хитром взгляде промелькнуло что-то опасное, откровенное, что заставило щеки Васи вновь вспыхнуть румянцем.

— Человечность, всего лишь человечность! — огрызнулась девушка. — А теперь выйдите! Мне нужно одеться.

Она спряталась обратно в душевую и прислушалась в ожидании заветного хлопка двери в раздевалке, но вместо этого вновь услышала его голос: