Плечики не плотно прижимались друг другу, как обычно в магазинах, а располагались на расстоянии, где побольше, где поменьше: якобы так случайно получилось, но на самом деле наверняка продуманно. Наподобие этой будто бы небрежной причёски, которую соорудил себе Алик.
Сначала Света достала телефон, больше уже по привычке, чтобы не сидеть просто так, а просмотреть сообщения, если они есть, и ещё раз свериться с расписанием на сегодня. Насколько она помнила, если Алик не потащит её в «Орлов» (хотя ей-то зачем присутствовать на генеральном прогоне предстоящего мероприятия?), останется только сделать несколько уточняющих звонков, а потом встретиться с Марьяной, но не в офисе, а в каком-то кафе. Но даже на кнопку не нажала, чтобы оживить экран.
Она ещё раз огляделась по сторонам, задумалась, желая понять, почему несмотря на сомнения и даже внутреннее сопротивление в это ввязалась. Во всё это. В целом — устроилась на странную работу. С тем же успехом она внезапно и непредсказуемо для себя могла податься… ну, например, в полярники, или пожарные. И в частности — собиралась сменить гардероб, но не потому, что так решила сама, а по чужому требованию, к тому же под руководством стилиста.
Впрочем, разве не ясно?
Да, да, в большей степени всё из-за того же Эдика. Но вовсе не оттого, что теперь считала себя какой-то несовершенной или недостойной. А чтобы окончательно сбросить с плеч прошлое, как змея старую кожу. Переродиться. И новая одежда тут тоже поможет. Правда, хочется надеяться, что Люда не натащит сейчас кучу мини-юбок, просвечивающих кофточек, обтягивающих кроп-топов и довольно откровенных платьиц с глубокими вырезами.
Настолько меняться Света не согласна. Потому как это и не преобразование вовсе, а маскарад, ещё и вульгарно-нелепый, за которым просто спрячешься, а на самом деле ничего у тебя не изменится. Но она зря опасалась, Люда действительно оказалась профи.
Сначала она принесла то, что можно было сочетать с уже имеющейся блузкой и брюками, а пока Света переодевалась, добавила ещё целую кучу всего, и потом, рассматривая и оценивая каждый новый образ, что-то поправляла, меняла, объясняла.
Они даже немножко подурачились и посмеялись. Если честно, Свете очень понравилось менять наряды, вертеться перед зеркалом, появляться из примерочной, словно занавес эффектно отдёргивая штору. Вроде бы даже настроение изменилось, приподнялось, стало более беспечным и легковесным. А ещё Света узнала кучу всего нового.
Например, как выглядели те самые загадочные кюлоты. Или что блузка с воротником-стойкой, длинные концы которого завязывались бантом, называлась аскот, чуть мешковатый свободного кроя пиджак — блейзер, штаны с большим количеством карманов, в которых она впервые увидела Марьяну — карго, а прямые слегка зауженные к низу хлопковые брюки с классической посадкой и длинной по щиколотку — чиносы. Правда никакой гарантии, что вся эта информация сохранится в её памяти хотя бы до вечера.
В один из выходов Светы из примерочной неожиданно объявился Алик, уставился с нескрываемым любопытством.
— О! Совсем другое дело! — воскликнул удовлетворённо, сверкнув фирменной улыбкой. — Просто зашибись. — Вывел категорично: — Так и иди. — И сразу уточнил: — Вы ещё долго?
Без всяких претензий или намёков, что они здесь совсем не ради Светы, а как раз-таки из-за него. Но ей всё равно стало неудобно, захотелось торопливо заверить, что уже всё, что сейчас она закончит и будет готова, но Люда опередила.
— Минут десять, — сообщила как всегда деловито и спокойно, — не больше.
— А, ну ладно, — столь же невозмутимо отреагировал Алик. — Как раз успею. — И опять смысла, не объясняя, чего планировал успеть.
— Тогда на чём остановимся? — поинтересовалась Люда и, опять не дав Свете ответить, начала перечислять, что ей понравилось больше.
И Света опять не возразила, почти ни в чём. Причин не возникло, словно их вкусы абсолютно совпадали. Но, возможно, Люда и без лишних слов легко подмечала, какие вещи сильнее приглянулись клиенту. Их и предлагала.
— Сейчас я всё упакую, — произнесла она, а в голове у Светы внезапно вспыхнула шальная мысль.
Наверное, немного нахально, бесцеремонно и нескромно, но почему бы и нет. Хотя бы узнать.
— А можно ещё что-нибудь? — решившись, выдохнула она. — Но сорок второго размера. — Поспешно добавила: — Я заплачу.