— Куда ты меня везешь?
— Домой, — сквозь зубы ответил демон, — только сначала я должен проведать Хафизу. Это ведь твои дружки подсуетились и сняли ее заклятие?
— У них служба такая, — заметила Гелена. — А ты, я смотрю, и не рад?
— Мне-то что? Да пусть колдуны хоть жрут друг друга, я хотел его снятия только ради тебя, дура, — больше меня в осажденном городе ничто не держит!
— Ой ли? — вдруг усмехнулась молодая ведьма и Латиф невольно вздрогнул. Неужели она догадалась, что с ним произошло?
— Сиди тихо, не отвлекай меня от дороги, — огрызнулся он.
— А чем ты думал, взяв машину в такую погоду? Не мог навестить подружку старым казачьим способом? За день-другой я бы никуда не испарилась!
— Слушай! — крикнул Латиф и осекся. — Ты понимаешь, что эта погода наверняка связана с проделками твоих новых дружков? Я еду к ней, чтобы поставить их на место, и не учи меня, как это делать!
— Латиф, — произнесла Гелена со зловещим спокойствием, — а тебе совсем не страшно? Ты понимаешь, что тебя не отпустят живым? Вернулся бы в свое Марокко, к туристам, бабам и веселью, и горя сейчас не знал! Нет, тебе надо было остаться, убить Олега, да еще и домового! Или ты не знаешь, как демоны за такое наказывают?
— Я еще только этого отребья не боялся! — неловко ухмыльнулся Латиф. — Они и не демоны, Гели, а так — несуразные зверолюди, которые шагу не ступят без своего жреца, а тот ни на что не способен без них! Черта с два бы твой Илья в одиночку справился с этим заклятием, а вот Малефика все сделала сама!
— Да уж, сама, ловко прибрав твои услуги и твою кровь! — съязвила Гелена. — Похоже, Латиф, ты отличаешься от этих ребят только тем, что тебя пользуют втемную, а не по согласию. Что уж, есть чем гордиться!
На это ифрит ничего не мог возразить и лишь устало спросил:
— Ты действительно так меня ненавидишь?
— Наверное, уже нет. До этого убийства я даже все еще тебя любила! А теперь только пустота и безразличие, да еще отвращение к себе за то, что я делила с тобой постель! Вот и растолкуй, чего ты сейчас от меня хочешь?
— Ты отлично понимаешь: я хочу расквитаться за унижение! И начну с тех, кто дорог этому колдуну, а его оставлю на потом — пусть помучается их оплакивать. И ты, моя красавица, будешь мне в этом помогать, добровольно или нет!
— Все так плохо, Латиф? Никаких других желаний у тебя не осталось?
Латиф мрачно вздохнул, скребя давно не бритый подбородок. Бесстрастный голос жены все больше действовал ему на нервы и происходящее уже казалось какой-то кошмарной грезой.
— Посмотри в окно, — вдруг сказала Гелена тревожно. Латиф глянул и заметил, что фонари потухли, зато вдоль шоссе мерцали блуждающие красные огоньки. Ураган набрал силу и вот-вот грозил отшвырнуть автомобиль с полосы.
Снежные вихри, носящиеся над дорогой, стали оседать и оборачиваться жуткими искореженными силуэтами. Они походили на жирных мохнатых гусениц, змей, существ с перепончатыми крыльями, уродливых облезлых собак, дикобразов, выпятивших острые иглы. И у всех виднелись жадно ощеренные пасти — постоянно мелькая, они быстро слились в чавкающее, булькающее бело-красное пятно, готовое засосать автомобиль вместе с пассажирами.
— Латиф, сбавь скорость! — испуганно крикнула Гелена.
Вдали, над всей этой безобразной кутерьмой, показалась еще одна фигура, похожая на гигантскую женщину. Она была словно высечена из скалы: громоздкий рубленый силуэт венчало безжизненное лицо, на котором мерцали блики глаз, а голову обвивал убор из сверкающих льдинок, сосулек, геометрических фигур из снега. Глаза великанши полыхнули сине-зеленым пламенем, похожим на арктическое сияние, и Латиф на секунду потерял управление.
— Тормози! — закричала Гелена, но было уже поздно. Раздался жуткий грохот, машина на встречной полосе от резкого удара и ветра перевернулась и свалилась в кювет. Едва опомнившись, Латиф судорожно вцепился в руль и поехал еще быстрее, подальше от места катастрофы.
— Ты в людей врезался, подонок, — произнесла девушка. — Хотя они ведь для тебя ничто, грязь под ногтями, так? Господи, какая же я была дура…
— Ведьма, поминающая Господа? — усмехнулся Латиф. — Смешно! Вот и как прикажешь к вам относиться, Гелена, если вы ведете себя так жалко и лживо?
— Это не смешнее, чем другая ведьма, носящая чадру, — вздохнула Гелена. — Или демон, представляющийся как «слуга Божий».
— Тихо ты! — прикрикнул Латиф. Машина съехала на обочину, но угодила в толщу снега, и как демон ни пытался ее преодолеть, увязала в тяжелой холодной массе все больше. Стукнув по рулю со злостью, он вышел, скинул куртку и грубо выволок жену.